Книга Временная жена, страница 9 – Катарина Маура

— Что ты здесь делаешь? — наконец спрашивает он.

Я отворачиваюсь, обдумывая, как ответить, и решаю частично признаться. С Лукой нужно обращаться осторожно. Годами он искал любой повод, чтобы уволить меня, и я не могу рисковать, потеряв эту работу. Его бабушка защищала меня от его худших попыток, но когда-нибудь мое везение закончится. Когда это произойдет, больше всего пострадает моя семья.

— Просто… вечер не задался. И я не знала, куда пойти. В итоге оказалась здесь.

Я ожидала увидеть на его лице хоть намек на сочувствие. Но он лишь слегка кивает.

— Да. Я тоже, — произносит он тихо.

Я ждала, что он будет расспрашивать, что-то скажет,сделает очередное колкое замечание, но вместо этого он просто отворачивается к монитору.

И это, пожалуй, единственная черта, которая мне в нем нравится, помимо его чертовски привлекательной внешности. Лука Виндзор не лезет в чужую жизнь. Границы между нами остались такими же четкими, какими были восемь лет назад, когда мы впервые встретились. Тогда он меня ненавидел. И я уверена, что ненавидит до сих пор. Но он уважает меня. А в нашей ситуации это куда важнее.

— У тебя есть планы на ужин? — спрашиваю я, поднимая пакет, который дала мне бабушка. Он одет в костюм-тройку, как обычно, и я точно знаю, что у него сегодня нет никаких деловых встреч. Возможно, свидание?

Он скрещивает руки на груди и откидывается на спинку кресла, не сводя с меня глаз. В Луке Виндзоре есть что-то завораживающее. У него есть привычка заставлять женщин чувствовать, что он полностью сосредоточен на них, и я не исключение, несмотря на все мои попытки сопротивляться этому.

— Ужин? Когда у меня вообще бывают планы на ужин, о которых ты не знаешь? Я не встречаюсь, и ты это знаешь. В любом случае, в этом нет смысла.

Я моргаю, немного ошарашенная его откровенностью. Верно. За все эти годы у него ни разу не было девушки. У Виндзоров браки по расчету. Рано или поздно он женится на той, кого выберет его бабушка. Скорее всего, на богатой наследнице, которая поможет расширить их империю. И, учитывая это, я могу понять, почему Лука вообще не тратит свое время на свидания. В его глазах это просто бесполезная трата ресурсов.

Я кладу еду на его стол и начинаю разворачивать пакеты, сдерживая улыбку, когда открываю контейнер из-под масла, который мне принесла бабушка. Лука удивленно смотрит, когда я подаю ему такито, завернутый в фольгу, а я в ответ лишь вежливо улыбаюсь. Что, по его мнению, я собиралась ему дать? Кусок масла?

— Моя бабушка сделала это. Я не люблю есть в одиночестве. Побалуй меня?

Он немного колеблется, но затем кивает. Думаю, таких моментов, когда мы оказываемся вдвоем без повода, без рабочего плана или социальной обязанности, у нас не так много.

Мы едим молча, и я использую это время, чтобы немного его рассмотреть. Он до отвращения красив — с этим сильным подбородком, прямым носом и густыми темными волосами. Но его внешность не компенсирует полное отсутствие личности.Я даже не могу представить, что он может быть нежным. Он вообще умеет улыбаться, или его лицевые мышцы полностью атрофировались от недостатка использования?

Я вздыхаю и отвожу взгляд. Наверное, он еще и невероятно умный, преданный до последней капли крови и больше всего на свете любит свою семью. Его характер резок, а откровенность порой заходит слишком далеко, но он не жесток и не несправедлив.