Книга Гиппогриф на Рождество, страница 90 – Зои Чант

— Скотт…

— И я знаю, что тебе тоже нравится там работать, так что, думаю, ты тоже не понимаешь, — продолжил Скотт. — Но, на самом деле, я даже не хочу прожить остаток своей жизни в Белз Холлоу. Я просто хотел заниматься своим делом подальше от пекарни и сам принять решение о своем будущем!

Энни почувствовала, как Бо положил руку ей на плечо, защищая, нежно сжав его. Было ясно, что ему не понравилось, как Скотт разглагольствовал, но Энни впервые увидела в Скотте человечность. Обычно он был просто каким-то скользким типом, но сейчас она действительно начинала испытывать к нему самую малость жалости, даже если он справился со своим разочарованием самым худшим из возможных способов.

— Скотт, пойди и скажи все это своему отцу честно, — попросила Энни. — А если он не послушает, тогда… тогда я попытаюсь ему все объяснить. Или,если он этого не примет, тогда, возможно, тебе просто придется сказать ему, что ты уходишь, чтобы самому пробивать себе дорогу в жизни. Не беря с него никаких денег.

Скотт сглотнул, его глаза забегали.

— Я… думаю, я могу попытаться, — сказал Скотт угрюмо.

Скорее всего, ему не понравилась та часть, где нужно не брать денег у отца. Но через мгновение он, казалось, пришел в себя, проникшись идеей уехать из города.

— Может быть, когда все… прояснится, я смогу отправиться в путешествие, — сказал он. — Я всегда хотел это сделать.

— Звучит великолепно, Скотт. Энни изо всех сил старалась не выдать своего недовольства… в конце концов, без Скотта ничего бы этого не случилось… но сейчас она была слишком уставшей, чтобы скрыть цинизм в голосе. Честно говоря, если бы Скотт просто исчез на какое-то время, она была бы совершенно счастлива не видеть его, как бы долго он ни хотел отсутствовать.

Явно почувствовав ее усталость, Бо начал уводить ее, и именно в этот момент подошел Лэндон, чтобы забрать Скотта, расправляя его странное одеяло из фольги и кивая Бо.

После этого Энни ничего толком не осознавала, пока не почувствовала на лице прохладу горного воздуха и не поняла, что они вышли из особняка на свежий ночной воздух.

— Как мы попадем домой? — спросила Энни, все еще чувствуя себя немного ошеломленной.

— Полагаю, так же, как и добрались сюда, — сказал Бо. — Если, конечно, ты готова к полету. Но это самый короткий путь домой. Не говоря уже о том, что это единственный способ спуститься с этой горы.

Энни рассмеялась.

— Мне следовало догадаться.

Бо одарил ее улыбкой, убедившись, что она твердо стоит на ногах, прежде чем набросить ей на плечи куртку, которую, должно быть, захватил, когда они выходили. Затем он отступил от нее на несколько шагов, прежде чем сделать глубокий вдох и обернуться.

На этот раз Энни без колебаний взобралась на его теплую твердую спину. Перья на его шее были мягкими под ее прикосновениями, а мурлыкающий звук, который он издавал, казалось, отдавался эхом во всем ее теле, успокаивая ее измотанные нервы и согревая.

Не в силах сдержаться, она наклонилась и положила свою ноющую голову ему на шею, чувствуя щекой перья.

«Поехали домой».

Возможно, он услышал ее, потому что в следующую секунду его массивные, мощные крыльяподняли их в воздух над заснеженным склоном горы, уверенные и сильные.

Энни закрыла глаза, отдаваясь их ритму.

А потом, сама того не желая, крепко заснула.