Книга Рождественский Грифон, страница 40 – Зои Чант

— Это… часто случается?

— В это время года хуже, — сквозь зубы выдавил он и отпил воды. Может, если вылить ее на голову…

— Хочешь массаж?

Он моргнул.

— Что?

— Ма… — Ее щеки порозовели так, что ему захотелось прикоснуться к ним. — Массаж? Если это головная боль напряжения, это может помочь.

Это могло помочь. Но… черт. Одна мысль о том, что она будет так касаться его, заставляла его грифона перевернуться на спину и взвыть.

— Конечно, — сказал его рот, прежде чем мозг успел объяснить, какая это плохая идея.

Дельфина уложила его вдоль дивана, положив голову на подлокотник. Он закрыл глаза и глубоко вдохнул, но все равно вздрогнул, когда она дотронулась до него.

— Извини, — сразу сказала она. Он пробормотал что-то среднее между «Не беспокойся» и «Я сам виноват», но в итоге это прозвучало скорее как рык разбуженного посреди спячки медведя. К его удивлению, Дельфина приняла это совершенно спокойно.

Она мягко положила пальцы по обе стороны его лица. Лишь подушечками, но каждая точка касания будто излучала тепло. Ее пальцы были прохладными, и Хардвик не смог сдержать стон, когда она провела ими по его scalp. Она нашла каждый заскорузлый узел напряжения, о котором он даже не подозревал — от висков до области за ушами и у основания черепа. Ее прикосновения легко переходили от нежных и успокаивающих к таким уверенным, что могли размять каменные узлы.

У него раньше была физиотерапия, но это было совсем не так.

Это было невероятно. Абсолютно профессионально и в то же время почти невыносимо, до мурашек, чувственно.

Он думал, что это просто оборот речи. Мурашки от чего-то очень приятного. Слава богу, он был в домашней обуви.

Его грифон был на седьмом небе. Для него все это было правильно. Даже когда Хардвик напоминал ему, что близость к Дельфине — верный билет к боли, тот продолжал пытаться смотреть на нее с обожанием его же глазами.

Хардвик держал глаза закрытыми. Позволить ей так заботиться о нем могло означать меньше боли сейчас, но это было равноценно обещанию большей боли позже.

Он снова застонал, когда она заставила его наклонить голову набок и провела большим пальцем по напряженной мышце на шее.

— Где ты научилась массажу?

Вопрос был ошибкой новичка. Она не лгала ему с тех пор, как увидела, как он урониледу, потому что была занята вопросами. Заставь ее ответить на один из ее собственных, и он не сомневался, что она снова скатится в ложь, которая казалась ее естественным состоянием.

И она почувствует, как он напрягается под ее пальцами, и поймет, что он не просто чувствует ее ложь. Ее ложь причиняет ему боль.

Он не мог сказать, почему не хочет, чтобы она это знала. Вероятно, какое-то мужское нежелание казаться слабым. Честно говоря, он был не в настроении для такого самоанализа сейчас.

Ее смущенный смешок застал его врасплох. Она на мгновение положила руки ему на плечи, прежде чем начать их массировать.

— Это было по работе, — призналась она. И это былопризнанием. Это была правда. — Курс повышения квалификации для личных помощников.

— Ты делаешь это для своего босса? — Его глаза распахнулись. Он уже собирался сесть и положить конец этому украденному моменту близости, когда она откинула голову и рассмеялась булькающим смехом.

— Нет! Нет, это было бы… абсолютно нет. — Она фыркнула, впервые с момента их встречи веду себя не по-девичьи. Его сердце забилось. — Я думала, курс — это что-то про ментальное саморазвитие для работы со сложными начальниками, а потом они достали ароматические масла. Все это было будто прямиком из 1950-х. Найди общий язык с начальником, обеспечив ему личную разрядку после тяжелого дня большой важной работы.