Онлайн книга «Хозяин Зимы»
|
– Неуклюжий? – Молю вас, я ведь не имею в виду ничего дурного. – Тогда не оскорбляй мой венок! – Простите, – Неждан явно едва сдерживал смех, – больше так не буду. Венок потрясающий, оставлю его и засушу на память. Долгими зимними вечерами он будет согревать мое серд… Севара не выдержала таких издевательств над собой и венком, а потому прервала речь ударом шляпки по его плечу. Боли никакой не причинит, ведь для таких целей шляпка слишком легкая, но зато получит моральное удовлетворение. – А вы сегодня бодрая! Я бы сказал боевая! – Неждан спрятался за лошадью, флегматично жующей траву. – Вам идет. Эдакая воительница. И в мятой влажной одежде, со сверкающими яростью глазами и розовеющими щеками вы особенно обворожительны. – Он выглянул, чтобы отвесить поклон. – Умолкни! Охлестыш! – Севара бросила новенькую шляпку. Та стукнулась о круп кобылы, которая только мотнула хвостом. Неждан расхохотался. Понимая, что ничего тут уже не поделаешь,а из жалованья за подобное вычитать глупо, Севара гордо развернулась и зашагала прочь. Уши у нее горели от стыда. Ну в самом деле, чего она разошлась? – Все из-за этого охлестыша, – пробурчала она. – Пакостник! * * * Хозяин Зимы выходил из замка нечасто, тем паче летом. Но теперь у него появилась невеста – достаточный повод для прогулки. Он слышал биение ее сердца и смех за многие версты. Сегодня она резвилась в воде, он знал, но еще не видел. Зато заметил пышный венок, прибившийся к берегу. Наклонившись, Хозяин Зимы поднял его. Плетение промокло, но зелень дышала, а цветы говорили. Совсем близко послышался хохот. Мужской. Прихватив странный венок, Хозяин Зимы пошел на звук. Еще немного, и он увидел юношу с мокрым потрепанным венком на голове. Тот чистил лошадь, но, будто почувствовав взгляд, оглянулся… 11. Дом ведьмы Лето распалялось, оставляя небо ярким, насыщенно-голубым, с ошметками пуха из облаков. Зелень яростно заполняла собой все вокруг, словно боясь упустить представившийся шанс. Увы, цветы в палисадники не сажали: они не выдерживали зиму и заморозков, зато наплодились живучие сорняки. Дедушка Ежа достал косу. Ею они с Неждом работали по очереди, убирая высокую траву с заднего двора, где в будущем Севара планировала поставить беседку. Оленя каждый день убиралась в разных местах. Несмотря на звание камеристки, с хозяйкой она бывала редко. В основном утром и вечером, иногда приносила корреспонденцию, иногда чай, звала на прием пищи, редко они прогуливались, но чаще занимались с книгами. Севара же находила новые дела и планы, почти поселившись в кабинете. Так что каждое поручение от нее для Олени было чем-то вроде небольшого праздника – еще один повод пообщаться и быть полезной, а не лодырем бродить по поместью. Забава же продолжала радовать простой, но невероятно вкусной едой. Готовила она на всех, разве что хозяйке откладывала повкуснее да пожирнее, а то казалось, что Севара с весны похудела, скулы у нее заострились и лицо побледнело. Наверняка так и было. Потому что Оленя, иногда помогавшая со сборами, затягивала корсет на пару перстов более обычного. Еще камеристка не могла не подметить небольшой синяк на груди, который Севара иногда терла. Тот все никак не сходил. – Она хоть ест? – спросил как-то Нежд, привалившись к стене на кухне. Он уплетал кусок пирога с черникой и прихлебывал мятный чай. |