Книга Космический замуж. Любовь прилагается, страница 48 – Лия Валери

Дверь приоткрывается и входит Грэйв. Он несёт чашку моего утреннего чая — без сахара, с каплей холодных сливок. Он точен, как всегда. Ставит чашку на тумбочку и подходит ко мне сзади, обнимая за талию. Его губы касаются моего плеча.

— Выспалась? — его голос гудит у меня в ухе, низкий и довольный.

— Да, спасибо, что заняли мальчишек, — отвечаю я, прикрывая глаза и откидываясь на его твёрдую грудь. — Это так приятно.

Объятия Грэйва всё так же будят во мне желание. За пять лет ничего не надоело. Ни их физическое присутствие рядом — мы по-прежнему делим одну спальню, одну постель, и мысль о раздельных комнатах даже не приходила в голову. Ни их любовь, которая не угасла, а лишь стала глубже, обросла тысячей привычных, тёплых ритуалов. Они всё так же дарят мне неожиданные подарки: то редкий образец минерала для исследований, то невероятно мягкий плед с Альфа Центавры, то просто завтрак в постель в самый обычный вторник. И я, которая когда-то боялась доверять, теперь знаю, что доверять можно и с радостью это делаю.

Их отцовство раскрыло в них новые грани. Хоук — это тот папа, который первым ныряет в бассейн, строит крепости из подушек до потолка и разрешает есть мороженое перед обедом. Он учит их драться (покачто понарошку), громко смеяться и не бояться ничего. Грэйв — строгий, но бесконечно терпеливый рассказчик. Он отвечает на бесконечные «почему», объясняя устройство гравитронов и жизненный цикл светящихся грибов с одинаковой серьёзностью. Он учит их логике, порядку и той самой железной силе, что таится в спокойствии. Мальчишки обожают обоих пап. И иногда, глядя, как Ваня с серьёзным видом копирует сосредоточенное выражение лица Грэйва, а Миша заливается хоуковским хохотом, у меня перехватывает дыхание от счастья.

— Грэйв, — тихо говорю я, глядя на него в зеркало. — Мальчики вчера опять просили сестрёнок. Это вы их подговорили?

— Девочек? — уточняет он, и в его глазах вспыхивает знакомый, тёплый огонёк.

— Да. Говорят, что им нужна «команда принцесс для спасения». Цитирую.

Он тихо смеётся, и его грудь вибрирует у меня за спиной.

— Аргумент железный. Мы не можем подвести наших рейнджеров. — Он поворачивает меня к себе, и его взгляд становится серьёзным и проницательным. — Но только когда ты будешь готова, Уля. Ты — наш главный проект. Самый ценный.

Я поднимаюсь на цыпочки и целую его. В этом поцелуе — пять лет доверия, страсти и этой немыслимой, прочной связи, что сплела нас в одно целое. Они хотят ещё детей. Мыхотим ещё детей. И я знаю, что моё тело, мой разум, моё сердце — в полной безопасности с ними. И да, проекту «дочери» быть, мы над ним уже работаем.

За прошедшие пять лет не всё, конечно, было гладко. Бабушке… лекарство стало спасением, но не волшебной таблеткой навсегда. Эффект длится около трёх дней. На четвёртый начинают стираться мелкие детали, возвращается лёгкая рассеянность. Но это уже не тот беспросветный туман. Она принимает микстуру каждые три дня, и её сознание остаётся ясным.

Она — любящая, озорная бабушка для мальчишек и мой главный научный консультант. Вместе мы значительно улучшили формулу «Слёзы». Теперь это не экстракт, а стабильные, безопасные пилюли и сироп, которые наша маленькая, но хорошо охраняемая лаборатория выпускает для нужд землян и по строго контролируемым каналам отправляет на Землю. Не по космическим ценам. По тем, что могут позволить себе обычные люди. Это наша тихая месть корпорациям.