Книга Космический замуж. Любовь прилагается, страница 47 – Лия Валери

Наступает секундная пауза. Даже Хоук затихает.

— Плодам? Вы сказали «плодам», — переспрашивает Грэйв.

Врач кивает, его улыбка становится ещё шире, будто он только что объявил о выигрыше в лотерею.

— Да, именно так. Поздравляю вдвойне. У вашей жены — двойня. Два эмбриона. Развиваются абсолютно синхронно, показатели в норме. Отличная новость!

Этот последний удар сознание уже не может обработать. Двойня. Два. В моей головепроносятся обрывки мыслей: как? когда? та ночь, когда они оба… лаборатория, стресс, «Слеза Феникса»… могло ли растение как-то повлиять?..

А Хоук выдаёт новый виток экзальтации.

— ОХРЕНЕТЬ! — гремит он, и в его смехе нет ни капли смущения, только чистейшее ликование. Он снова припадает к стеклу, и теперь его глаза, полные слёз от смеха, ищут мои. — Ну ты даёшь, малышка!

Крышка капсулы наконец с тихим шипением отъезжает в сторону. Холодный воздух ударяет в лицо. Я не могу пошевелиться. Лежу и смотрю в потолок, чувствуя, как реальность раскалывается на «до» и «после».

Первым ко мне склоняется Грэйв. Его рука касается моего лба, отводя прядь волос. Его пальцы тёплые. В его глазах, таких близких, я вижу бурю. Удивление, нежность и восхищение.

— Двойня, — повторяет он тихо, только для меня. Его большой палец проводит по моей скуле. — Наш следующий проект, Ульяна. Самый важный.

А потом Хоук аккуратно, но решительно отодвигает брата и, не давая мне подняться, сам наклоняется в капсулу. Его огромные руки скользят под мою спину и колени, и он поднимает меня, прижимая к своей груди. Я автоматически обвиваю его шею руками, чувствуя, как дико бьётся его сердце.

— Слышала, мамочка? — он шепчет мне в ухо, и его голос дрожит от счастья. — У нас будет целая команда. Ты, я, Грэйв, бабушка профессор… и теперь ещё двое наших малышей. Никто нас теперь не возьмёт. Мы — семья. Настоящая.

Я зарываюсь лицом в его плечо, и наконец слёзы вырываются наружу. Это не страх. Это облегчение.

Внутри меня, под сердцем, бьются две новые жизни. Наше безумное, неправильное чудо. И пусть мир рухнет — теперь у нас есть то, что важнее любых угроз. То, что нужно защищать уже не просто из чувства долга или страсти, а на клеточном, животном уровне.

Я — их жена. И скоро стану матерью их детей.

И этот факт прекрасен, потому что я уже самой себе призналась в том, что люблю этих мужчин. Мы действительно семья. И моей бабушке, и их матери придётся примириться с этим фактом.

Пять лет спустя.

Если бы мне лет десять назад сказали, что я буду стоять вот так — босиком на тёплом полимерном полу нашей просторной спальни, слушая, как за дверью два маленьких урагана по имени Ваня и Миша с грохотом преследуют своего отца Хоука, — я бы, наверное, рассмеялась тому человеку в лицо. Потому что тогда будущее было туманным и неизвестным. Единственная мысль была просто выжить и вылечить бабушку.

Сейчас надежда расцвела. Пышно и буйно, как те самые «Слёзы Феникса» в подземной пещере, которая теперь тщательно охраняется и называется «Плантацией Грэгов».

Я смотрю в зеркало. Отражение улыбается мне — спокойной улыбкой, которой раньше на моём лице не было. Жизнь на Экзоне, под двумя солнцами, оставила лёгкий золотистый оттенок на коже, а в глазах поселилось твёрдая уверенность в завтрашнем дне.

А виновники этого сейчас заняты тем, что изображают страшного космического дракона и смелых звёздных рейнджеров соответственно. Громкий раскатистый смех Хоука и визгливый восторг мальчишек доносятся из гостиной.