Книга Рисующий светом, страница 89 – Валерия Аристова

Лорд Лукас действительно вернулся к обеду, как и обещал. Он был весел, но выглядел усталым и каким-то потрепанным. Дженни бросилась к нему, вдруг осознав, что на ней все ещё утреннее платье, а волосы её растрепанны и не убраны, потому что весь день она то сидела в кресле, то ходила из угла в угол, ни в силах ничего делать и ни о чем думать, кроме него и опасности, которая нависла над ним.

— Дорогая моя, все хорошо, как я и обещал, — он обнял ее, и Дженни почувствовала, как он напряжен, — я отбился.

Она подняла на него глаза в немом вопросе. Сил на слова не осталось, хотелось только плакать.

— Отец и мистер Нилсен придумали отличную версию, но мне удалось перекупить следователей. К сожалению, это стоит очень дорого. Почти все сбережения моей матери уйдут на это дело. Но оно того стоит. Не переживайте, деньги у меня есть. И останется ещё много, когда я отдам эти.

— Вас не посадят в тюрьму? — Дженни вцепилась в фалды его сюртука.

Лорд Лукас рассмеялся.

— Конечно же нет. Не переживайте. Лучше займёмся докладом. Они и так отняли у нас много времени. Завтра я выступаю в научном сообществе. А что говорить, так и не запсиал.

Он прошёл в кабинет, но Дженнифер побежала следом.

— Что сказал мистер Нилсен? — спросила она, — он же так это не оставит!

Лорд Лукас сел за стол и разложил перед собой бумаги.

— Куда он денется? Они в чистую проиграли. Следователь на моей стороне. Мистер Нилсен выглядел жалко. Он кричал, махал руками, обзывался, как ребенок, даже плакал. И потом признал, что я не толкал Гортензию, но она прыгнула из-за меня.

— Но это же её воля была, а не ваша, — Дженни сжала дрожащий руки, — она сама прыгнула. Вы хотели её остановить!

— Для мистера Нилсена это одно и тоже, — сказал он, перебирая бумаги, — Дженни, тут у меня не хватает записей. Куда вы их положили?

— А ваш отец? Что сказал он?

Лорд Лукас раскладывал записи стопками. Брови его были нахмурены.

— Отец молчал. Его на башне не было, сказать он ничего не мог. Думаю, что он обеспечил все это деньгами. Мистер Нилсен за короткий срок успел проиграться и платить следователям ему явно нечем.

Дженни представила эту картину. Мистер Нилсен всвоём поношенном пальто бегает и машет руками, кричит что-то, а граф Вортона сидит, как старый сыч, и только смотрит на сына черными, как омуты, глазами.

— Дело против меня открывать не стали. Так что стоит и дальше ожидать подлости от моего родителя, — лорд Лукас наконец-то нашел бумагу, и поднялся, — Дженни, давайте поедим. Надеюсь, обед готов? Я безумно устал, а мне ещё готовить доклад. Завтра я должен быть на высоте. Как, впрочем, и вы. После докладов вечером будут обед и танцы, так что вам нужно надеть что-то приличное.

Ещё день назад все это привело бы Дженнифер в восторг. Но сейчас она мечтала только об одном. Исчезнуть из Лондона навсегда. Тем более, не ходить в толпу, где с ней или с Лукасом может что-нибудь случиться, и никто не заметит, что произошло!

— Может быть, не пойдём туда? — спросила она.

Лорд Лукас обнял её одной рукой.

— Дженни, милая моя, мы не можем демонстрировать страх. Отец уехал из Лондона сразу после заседания у следователя, мне сообщил его камердинер. Возможно, он ещё будет вредить. Но я написал миссис Хамфри, которая все ещё живёт в замке. Она будет держать нас в курсе.