Книга Рисующий светом, страница 81 – Валерия Аристова

Граф отказывал всем. Он не сделал выводов из побега Мэри, поэтому объявил леди Гортензии, что нашёл для неё жениха в Лондоне. Гортензия же не приняла его слова в серьез. Она влюбилась. И влюбилась в того, кто всегда был рядом.

— Я могу сказать, что навязчивость её стала ещё ужаснее, чем была в детстве, — лорд Лукас скривил губы, — она постоянно ходила за мной, то и дело отрывала от работы, при этом ничуть не интересовалась моим увлечением. Я пытался её привлечь, но ей было неинтересно. Но разве можно любить кого-то и полностью игнорировать то, что любит он? — лорд Лукас поднял брови, — ведь все это, — он обвел рукой комнату, в которой на прищепках повсюду сушились фотоснимки, — часть меня!

— А чем интересовалась леди Гортезния? —спросила Дженни.

Лорд Лукас пожал плечами.

— Ничем. Она увлекалась то одним, то другим. Одно время рисовала пейзажи с соседкой девушкой, даже дружила с ней. Но потом они поссорились и Гортензия бросила рисовать.

— А вы интересовались её увлечением? — улыбнулась Дженни.

Он прижал ее к себе.

— Вопреки тому, что надумала себе эта девчонка, я никогда её не любил. Поэтому мне не было интересно то, что она делала.

Лорд Лукас ушёл в лабораторию за новой порцией снимков, которые закреплялись в другом фиксаже, а Дженнифер задумалась, что же любила она сама?

Она, как и леди Гортензия, часто меняла увлечения. Она одно время плела корзинки, потому что это нравилось её сестре Эмили. Потом рисовала открытки, потому, что это нравилось её подруге. Она даже писала стихи для альбома и дарила стихи знакомым девушкам. И да, она одно время даже расписывала веера! Это было очень интересно, но Дженни не любила такую кропотливую работу и быстро бросила и это увлечение.

Получается, ей не нравилось на самом деле ничего? Сейчас она увлеклась фотографией, но станет ли она печатать снимки, если лорд Лукас бросит это дело? Дженни честно ответила себе, что нет, не станет. Она даже быстро забудет все эти сложные названия химикатов, потому что найдёт себе новое увлечение. Или будет просто читать романы все свободное время.

Лорд Лукас вернулся, развесил новые снимки, ожидая результата.

— Я уверен, что история с Гортензией ещё не закончена, — проговорил он тихо, — да, она снится мне во сне. Да, Дженни. Я не хочу говорить об этом даже вам, но меня мучает совесть. Мне очень плохо от того, что она так поступила. Знаете, какие были её последние слова?

Дженни покачала головой.

— Вы всегда будете думать обо мне, всегда! Если я останусь жива, вы обо мне забудете, как только уедете из замка. Но если я умру, вы каждый день будете вспоминать обо мне! И каждую ночь!

— И вы думаете?

Он пожал плечами.

— Я не могу это забыть.

Повисло молчание. Дженни обняла его, и он прижался к ней, будто она могла ему чем-то помочь.

— Я уверен, дорогая моя, что история эта ещё не закончена, — повторил он.

Дженнифер провела рукой по его волосам.

— Вы забудете о ней, — сказала она, — просто вам нужно время.

…

Однако лорд Лукас оказался прав. Спустя неделю в их домпришёл человек, которого Дженнифер никак не ожидала встретить в Лондоне.

Лакей пригласил в гостиную посетителя, когда Дженни была дома одна. Лорд Лукас ушёл на заседание научного общества, посвященное фотографии, а Дженни осталась. С утра у неё болела голова, и ей хотелось побыть в тишине.