Онлайн книга «Цена любви»
|
— Я принимаю ваш вызов, — графиня теперь улыбалась, немного загадочно, — на что вы готовы сыграть? Эдуар нахмурил брови. — Я не очень богат, — сказал он, — и мне нечего предложить вам, прекрасная госпожа, кроме самого себя. Я готов буду выполнить любое ваше пожелание. В ответ прошу вас в случае вашего проигрыша подарить мне поцелуй. Брови графини съехались на переносице. Лицо стало мрачнее тучи. — Я выиграю, — сказала она. Позже, когда они уже стояли на берегу озера, поросшего камышом, и ожидали, когда спустят спаниелей, Эстль поняла, что сглупила. Ведь она совсем не знала, хороший ли охотник Эдуар де Бризе, и вполне могла отказаться принимать его условия. Он неспроста предложил ей соревнование, подловив ее на гордыне. Теперь же ей оставалось только сжать губы и выиграть, заставив его пообещать ей выполнить любое ее желание. Желание у нее имелось. Необходимо завоевать право распоряжаться им, раз уж ей представился такой шанс. В высокой траве было не видно птиц, но вот спаниели были спущены с веревок, яркими рыжими и белыми пятнами замелькали в тростнике, и вскоре две цапли взлетели к небесам, спасая свои жизни. Эстель быстро сняла клобучок с головы своего сокола, и выпустила птицу. Эдуар же подождал некоторое время, следя глазами за цаплями, потом неспеша снял клобук, подкинул сокола, и тот взвился к небесам, тут же увидев цапель. Эстель в ярости наблюдала, как сокол Эдуара преследует птиц в то время, как ее заметался, и только увидев собрата, погнался за ускользающей добычей. В итоге одна цапля улетела в лес, а вторую забил сокол Эдуара еще до того, как сокол Эстель успел их догнать. Цапля упала в воду, и рыжий спаниель бросился искать ее, и вскоре принес и положил к ногам Эстель. Щеки графини пылали, а глаза метали молнии. Эдуар опустил глаза, скрывая торжество. — Я хочу отыграться, — Эстель смотрела на него, и сердце ее колотилось, как бешеное. Эдуар дернулплечом. — Как прикажете, госпожа. Это ваше право. Возможно, в этот момент она ненавидела его намного больше, чем когда касалась его шлема. Впрочем, отыграться ей не удалось. Когда пес положил к ее ногам вторую цаплю, сбитую соколом Эдуара, Эстель была в бешенстве. С трудом сдерживая клокочущую в груди ярость, она медленно ехала рядом с ним. Зачем она согласилась на дурацкое пари? Эстель кляла себя за гордыню. Она еще несколько раз спускала сокола, но тот не принес ничего больше голубя. Эдуар же поглаживал перья птицы, но клобука больше не снимал, видимо не желая раздражать госпожу. Победа осталась за ним, и победа эта была символична. Он теперь законно имел право на то, за что она наказала его чересчур жестоко. Конечно же, она воспримет его поцелуи, как унижение. Эдуар же грезил на яву, представляя себе, как прижимает ее к стене, и как рука его скользит по ее платью, поднимается по груди, гладит шею, и губы их сливаются в страстном поцелуе. Он взглянул на Эстель. Та ехала, смотря прямо перед собой и щеки ее пылали. Вряд ли поцелуй ее будет страстным. Он уже сорвал один подобный. Когда он поцелует ее в следующий раз, она должна не стоять, как истукан, а страстно желать этого. И это будет миг его торжества. ... Пикник был выше всяких похвал. Птиц ощипали и зажарили, и юные дамы и рыцари сидели кружком на траве, вели беседы, и угощались свежей дичью и терпким вином. Голоса становились громче, а шутки откровеннее, когда графиня вдруг встала, вытерев руки скатертью, предлагая прогуляться. Молодые придворные рассыпались по окружающему лесу, и там и тут мелькали их яркие одежды, да слышались веселые голоса. Эстель стояла одна, потом кивнула Эдуару, и он склонил голову, готовый сопровождать ее. |