Книга Не та невеста, страница 113 – Валерия Аристова

А потом ее выносили на балкон, и Кэролайн смотрела, как лето вступает в свои права, расцветая яркими красками. В честь леди Кэролайн садовники разбили прекрасные клумбы прямо под ее окнами, чтобы она могла любоваться ими. Лорд Эдвин, если ему не нужно было куда-либо ехать или принять поверенного, оставался с Кэрри, сидел рядом в кресле, и занимался своими бумагами или читал Кэрри вслух. Они не говорили о прошлом, предпочитая обсуждать ничего не значащие темы, а Кэролайн безумно боялась этого разговора. Если он снова замкнется в себе, то ее мир окончательно рухнет. Потому что ее мир теперь сосредоточился только в одном человеке — ее муже лорде Эдвине.

...

Лорд Эндрю Дайнон был похоронен рядом с фамильным кладбищем, как самоубийца. Хоронили его в закрытом гробу, так как говорили, что он выстрелил себе в лицо и от лица мало что осталось. Несмотря на страшный грех перед церковью, ночью тайно он был отпет в фамильной часовне. На отпевании присутствовал только его кузен лорд Эдвин, граф Фицжеральд, стоявший в дверях и так и не подошедший к гробу. После смерти лорда Эндрю за упокой его души лорд Эдвин пожертвовал огромную сумму на строительство новой церкви недалеко от своегодома и обустройство при ней сиротского приюта. Поговаривали, что это и была часть клада, которую привез лорд Эндрю как принадлежащую леди Кэролайн.

Лорд Эдвин никогда об этом не говорил. Но Кэролайн видела, что случившееся гнетет его, и всеми силами пыталась быть ему самой лучшей женой. Прислушавшись к себе, она поняла, что испытывает по поводу смерти Энди огромное облегчение. Она уже однажды пережила его смерть, второй раз это оказалось намного менее болезненно. Ее гораздо больше беспокоило состояние лорда Эдвина. Он оставался все так же подавлен, хоть и не подавал виду, и Кэрри понимала, что страшная смерть кузена тяжелым камнем висит на его совести.

Кэролайн не знала, о чем он думает. Часто, обратив на него свои глаза, она видела, что лицо его становится хмурым, и боялась, что то хрупкое доверие, которое установилось в последнее время между ними, исчезнет от любого неудачно сказанного ею слова.

— Больше никогда, никогда не делай так, — сказал лорд Эдвин, однажды поймав на себе ее тревожный взгляд.

— Как? — Кэрри вздрогнула.

Он встал, прошелся по балкону. Солнце заливало и его, и выставленные на балкон для услады ее глаз деревья в кадках и цветы в вазе, стоявшие на маленьком столике.

— Моя жизнь ничего не стоит, — проговорил он, обернувшись к ней, — Кэрри, поверь, ничего страшного не случилось бы, если бы он меня убил. Я так долго хотел этого, что, возможно, это было ответом на мои молитвы.

Она молчала, сжав руки на груди. Пальцы ее переплелись и побелели от напряжения.

— Я давно должен был это тебе сказать, — он подошел ближе, — я благодарен тебе за спасение моей жизни... Но она этого не стоила. Ты намного важнее, Кэролайн, и без тебя моя жизнь превратилась бы в ад. Я не стал бы жить без тебя.

— А как ты представляешь мою жизнь без тебя? — спросила она тихо, сдерживая слезы, — ты думаешь, я бы поступила так, как ты приказал? Вышла бы за кузена? Того, кто убил моего любимого мужа? Думаешь, на следующий день пошла бы с ним к алтарю?

— Ты могла бы это сделать, ведь... ты же этого хотела раньше... — закончил он почти шепотом.