Книга Клер, страница 22 – Валерия Аристова

— Вы думаете, Марии нужны деньги? – перебила его Клер, готовая закричать от отчаяния, — ведь вы ей нужны. Она очень любит вас!

— Так и что же? Я никого силой не заставлял выходить за меня замуж. Я-то люблю вас, Клер! Но у вас есть выбор! Вы можете сказать да или нет, и я никогда не буду вас неволить! Меня же силой заставили, угрозами и всеми прочими нечестными методами! Два года от каждого встречного я слышу только одно: женись на Маше, или останешься без денег! Женись на Маше, или умрешь с голоду! И ладно сам, но и ни в чем не повинную девушку обречешь на невзрачное существование старой девы! А как она тебя любит! Какая она положительная во всех отношениях!

— Прекратите, Эрнест Михайлович! – почти закричала Клер, испугавшись силы его страсти. Она вырвала руку и пошла вверх по лестнице, — вы уже женаты. Теперь поздно что-то менять! Вы должны уехать с Машей и жить с ней. Ведь она ваша жена перед Богом!

Эрнест остановился и посмотрел на нее долгим взглядом снизу вверх. Клер было страшно и неуютно, как будто она была виновата в чем-то перед ним.

— Хотите честно? — сказал он, — плевал я на все обряды! Никакой Бог не заставит меня жить с этой… мегерой. Я в детстве достаточно терпел ее выходки, чтобы терпеть их и дальше. Я мечтал вырасти, чтобы уехать и никогда не видеть ее вечно надутых губок! Эри то, Эри сё, и все не так! Нет уж, лучше я умру с голоду!

— Может быть, она исправится, — предположила Клер.

— Горбатого могила исправит. Да и не в ней дело. Дело во мне. Дело в вас. Я не могу жить с ней, любя вас. Это будет двойная измена. Даже тройная. Вам, ей и себе!

Клер отступила, надеясь, что он не двинется за ней, и уперлась спиной в мрамор.

— Как же все сложно у вас получается, Эрнест Михайлович! Почему вы вообще решились на эту свадьбу?

— Чтобы не обрекать ни в чем неповинного ангела на голодное существование. Теперь она богата, как никогда. Мой дед оставил ей кучу денег. И кучу мне. У нее их целых две кучи. Пусть наслаждается.

— Вы очень жестоки, — Клер смотрела ему в глаза.

— Я? Я милосерден! — почти закричал он, — я отдал ей свою свободу и свое состояние! Все довольны! Вся семья довольна! Думаю, что они даже не заметили моего отсутствия на свадебном пиру!

— Может быть, вам стоит вернуться туда?

— Нет. Я переночую в гостинице и завтра утром уеду первым поездом. Хорошо, что я встретил вас, Клара Ивановна. Потому что, если бы я случайно не встретил вас сейчас, никогда бы не сказал вам ничего.

Он вдруг успокоился и взял себя в руки, будто запер эмоции на замок. Лицо его стало обыкновенным, привычным, и Клер немного расслабилась.

— Простите меня, Клара. Я испугал вас. Конечно, я не должен был говорить всего этого.

Она молчала, стараясь унять дыхание.

— Разрешите выразить вам свое восхищение, и заверить вас в моей любви и преданности, Клара Ивановна, — он говорил тихо, рассматривая золотые листья под ногами, — прошу простить меня, если напугал вас. Я уезжаю из Петербурга, я на самом деле прошу прощения.

— Хорошо, — выговорила Клер, немного успокоившись от того, что самоубийство отменяется, и у этого пашеньки другие планы.

— У меня к вам только одна просьба…, — Ланин смутился, — дайте мне знать, если вам понадобится помощь.

Клер снова кивнула.

— Хорошо.

Эрнет поклонился. Она молча смотрела на него. Стянула на груди теплую шаль. Он взял ее руку, поднес к губам. Клер отняла руку, но продолжала смотреть в необычные зеленые глаза.