Книга Иллюзия любви, страница 107 – Валерия Аристова

— Не убивайтесь так, дорогая моя, — услышала она голос Рауля и резко обернулась, перестав плакать.

Рауль стоял в дверях и смотрел на нее, немного склонив голову на бок, будто изучал неведомого зверька.

— Я не приглашала вас к себе, — сказала она, вытирая лицо платком.

— Я пришел без приглашения.

Он ступил в комнату и встал рядом с Аделаидой у высокого окна, из которого открывался такой шикарный вид на море.

— Барбала с другой стороны, — он усмехнулся и махнул рукой куда-то в сторону, — из этого окна ее не видно.

Аделаида вздернула подбородок.

— Издеваться над проигравшим так в вашем характере, — сказала она.

— Разве я издеваюсь? — он поднял брови, — я совсем не издеваюсь. Просто сообщаю вам, в какое окно лучше смотреть.

Она молча отвернулась, стараясь унять биение сердца.

— Вы сумели удивить меня, Аделаида,— сказал он, когда молчание стало невыносимым, — не просто удивить, а поразить.

Она дернула плечом. Ей не хотелось говорить на эту тему, но она понимала, что разговор неизбежен.

— У меня не было выбора, — сказала она, — вам этого никогда не понять, но женщина не может долго оставаться одна в чужих странах.

Рауль рассмеялся.

— Мне этого и правда не понять.

Она кинула на него взгляд из-под ресниц. Он смотрел на нее, и глаза его были черны, как южная ночь.

— Я осталась без средств к существованию, без возможности вернуться к бабушке, без всего... — она вдруг всхлипнула, хотя поклялась себе, что не будет перед ним плакать.

— У вас был только один путь, и вы обязаны были им воспользоваться и вернуться домой, — бросил он, совсем не собираясь ее утешать.

— Это невозможно, — сказала она.

— Это единственная ваша обязанность, — голос его прозвучал жестко, и Аделаида вдруг поняла, что боится его.

Она никогда раньше его не боялась. Рауль казался ей влюбленным и безопасным, тем, у кого она искала защиты от этого мира. Теперь же он стал тем, от кого нужно было в этом мире защиту искать.

— У меня нет желания обсуждать с вами мои обязанности, потому что вы не выполнили ваши. Пожалуйста, доставьте меня обратно на Барбалу, — она смахнула непрошенную слезу, — и забудьте мое имя.

Снова повисло молчание. Долгое, вязкое. Аделаида барабанила пальцами по стеклу.

— Это исключено, — наконец сказал Рауль, — и если вы попытаетесь сбежать, я отправлю жалобу в святую конгрегацию. Вас будут судить, как еретичку.

Она резко обернулась. Лицо его было холодным, будто лицо незнакомого человека, а взгляд обжигал какой-то нечеловеческой ненавистью.

— Вы и правда сделаете это? — голос ее дрогнул.

Вопрос повис в воздухе, но было понятно, каким будет ответ. Он — сделает. Аделаида видела это по его лицу. Сердце замерло от страха, потому что она никогда не видела такого Рауля — злого. Она обидела его. Она жестоко ранила его гордость. И этот взгляд был ответом ей на все ее прегрешения перед ним. Измена ничто по сравнению с тем, на что она пошла, чтобы никогда больше не видеть его.

— Вы сумели поразить меня, Аделаида, — наконец заговорил он, меня тему, — и только сейчас я понимаю, насколько вы ненавидели меня. Поверьте, я готов был на все ради вашего прощения. Но полгода в Бастилии и почти уже три в изгнании— это то, что я заслужил. Возможно, этого достаточно, чтобы вы простили меня?

— В Бастилии? — переспросила она.