Книга Другие правила, страница 50 – Валерия Аристова

После того, как дон Хуан проводил ее на ее место, его оттеснила толпа ее поклонников, и он на самом деле вынужден был пригласить по очереди Сюзанну и мадемуазель де Монпелье. И пару раз он даже сумел поймать на себе взгляд Валери. Конечно нельзя было сказать, что она ревнует. Но глаза ее говорили, что она весьма и весьма недовольна. Маленькая, но победа.

За право танцевать с Валери молодые господа чуть не подрались. Она умело пресекла ссору, после чего выбрала Монпелье. Градус всеобщей ненависти еще больше повысился, и у Катрин зазвенело в ушах. Ей хотелось бежать из залы как можно дальше, чтобы не видеть того, что произойдет совсем скоро. И, как только ей удалось заполучить в партнеры дАнтуалена, она попросила проводить ее в сад.

Рене дАнтуален рвал и метал. Валери де Флуа ни разу не взглянула на него. Когда он подходил, чтобы пригласить ее на танец, она как бы невзначай оказывалась стоящей к нему спиной и тут же протягивала руку кому-нибудь из его соперников. Интересно, со всеми ли из них она ходила на пруд, или спит только с этим испанцем, который ведет себя скорее как ревнивый муж, чем как друг семьи? Ревность и ненависть разрывали Рене на части. Поэтому, когда подошла Катрин, он с радостью покинул поле боя, понимая, что обычными способами сегодня выиграть не сможет. Если вообще сможет когда-либо выиграть.

— Вы обещали показать мне свою башнюс привидениями, — сказал он Катрин, размышляя о настоящей вкусной мести, — но так и не показали.

— Башню Фей? С этой стороны к ней идти достаточно далеко, но, если вы желаете прогуляться, мы можем до нее дойти.

Катрин была счастлива. Шумный бал, где кипели страсти, остался там, внутри. А она с дАнтуаленом направилась как можно дальше от него, в любимую ею башню Фей. Они поднимутся на самый верх и будут целоваться, сидя на бойнице. А потом, много дней подряд, ожидая его наверху, она сядет на тоже самое место и будет вспоминать их поцелуи.

Зарычал гром. Оба они подняли голову к небу и обнаружили надвигающуюся грозовую тучу. Неудивительно, мелькнуло в голове у Катрин.

— Успеем до дождя? — спросил Рене

— Не знаю. Но до башни точно успеем дойти.

И они двинулись сквозь порывы грозового ветра, который кидал им в лицо пыль и мелкие камешки.

— У нас есть легенда, что нельзя входить в башню Фей ночью с дурными помыслами, — рассказывала Катрин, — женщина в таком случае оставит там свое счастье, а мужчина — жизнь.

Рене рассмеялся, но смех получился какой-то нервный:

— Оставь надежду всяк сюда входящий! — процитировал он, и покрепче сжал руку Катрин, — уж не является ли ваша башня входом в ад?

Катрин усмехнулась:

— А вот тот, кто входит туда с чистыми помыслами как раз обретает счастье, — сказала она, — особенно, если он входит туда защитить невинного, или сделать доброе дело.

— Да ваши привидения разборчивы, — констатировал дАнтуален.

Катрин вкратце рассказала ему историю Робера и Камиллы.

— Их видели многие, — сказала она под конец, — моя мать утверждала, что видела Камиллу. Мне отец рассказывал это.

— А вы, вы сами видели?

— Я — нет.

Они стояли перед башней Фей, и тучи все сужали свой круг над ними. Над башней зависла полная луна, через которую то и дело пролетали облака, то заслоняя собой ее свет, то снова отпуская на волю.

— Сегодня полнолуние, Робер и Камилла не спят, — сказала Катрин, — может нам стоит вернуться обратно?