Книга Другие правила, страница 130 – Валерия Аристова

В глазах дона Родриго было удивление. Хуан отскочил, чтобы не попасть под его тело, и тут же заметил, как Валери бросилась к нему. С трудом держась на ногах, он отсалютовал ей окровавленной шпагой. Валери опустилась на колени рядом с доном Родриго, даже не взглянув на Хуана.

— Родри? Родри!

Тот не ответил, только шевельнул губами.

— Я знаю все, Родри, — сказала она, — я знаю все про Розалию. И про то, что она умерла. И про то, как она умерла. Вот и все.

Дон Родриго смотрел на нее, и глаза его стекленели. Но он усмехнулся.

— Все-таки пес…, — прошептал он, и на губах его выступила красная пена, а глаза погасли.

Валери встала.

Хуан стоял рядом с ней, пытаясь отдышаться. Его трясло, как в лихорадке, и он вспомнил, как стоял над телом своего брата, и руки его были в крови. Дон Родриго не стоил сожалений, но к горлу подступила тошнота, а глаза застилал туман.

— Да, пес, — он улыбнулся вымученной улыбкой, потом взял руку Валери и поднес к губам, — я поклялся тебе, что убью его. Я убил.

Она молчала бледная, но совершенно спокойная. Потом посмотрела на тело у своих ног.

— Думаю, что нам лучше убраться отсюда, — сказала она равнодушно, — пусть гниет, — она повернулась к Хуану, провела рукой по его щеке, осторожно осмотрела рану на плече, нанесенную кнутом и порез на руке. Хуан только поморщился, — спасибо тебе. Но… в следующий раз, пожалуйста, слушай меня. У тебя было сто шансов из ста, что тебя убьют.

— Как видишь, все-таки не сто, — он улыбнулся и обнял ее за плечи здоровой рукой, — на самом деле это у него не было ни одного шанса. Я слишком ненавидел его.

Валери высвободилась из его рук изашла в дом, приглашая за собой Хуана. Тот помедлил, он никогда не заходил в это обиталище любви, но потом все-таки решился. Там был полный бардак, вещи разбросаны, похоже, дон Родриго собирался в путь. На столе стояла знакомая черная шкатулка, в которой Валери хранила яды и лекарства, рядом — два кубка…

Валери повернулась к нему спиной, что-то собирая в свою шкатулку. Хуан же никак не мог успокоиться. Руки дрожали, его тошнило, и он с трудом понимал, что просиходит. Валери была совершенно спокойна, движения ее были неторопливы и уверены. Как будто только что он не отправил в ад ее любовника, ради которого она готова была пойти на преступление, перечить брату и оставить на смерть его самого. Хуан отчаянно нуждался в утешении или хотя бы в ее внимании. Ему было плохо, и справиться с эмоциями сам он не мог. Они нарастали, как снежный ком, постепенно перерождаясь в обиду и раздражение.

Труп Альмасана остался за дверью, а Валери ведет себя так, будто ничего не произошло. Её нежелание замечать Хуана после того, как он рисковал для неё жизнью, выводило из себя, а спокойный голос и безразличный взгляд заставили вдруг разозлиться.

Сердце билось так, будто готово было выскочить из груди. Он видел её лицо в пол оборота, сосредоточенное и абсолютно спокойное. Он шагнул к ней. Схватил за плечи, притянул к себе. И совершенно явно почувствовал чужой запах на её коже. После обещания стать его женой, она пошла к своему Родри, и тот целовал и любил её. На какой-то миг ревность и обида застлали ему глаза, а страсть ударила в голову так, что он окончательно потерял контроль над собой. Руки дрожали, все тело наполнилось болью, будто обида разошлась из сердца по всему организму вместе с кровью. Он резко развернул её к себе.