Книга Герцоги женятся только на леди, страница 65 – Валерия Аристова

— Я не приличная девушка, — парировала она, снова садясь на скамью, — но и вы — лицемер. Вы клялись мне в любви, а потом целовались с леди Стефани.

— Так вы отказали мне, — он усмехнулся, — что мне остается делать? Логика ваша, мисс Кейт, оставляет желать лучшего. Уж либо я нужен вам, и тогда вы имеете право запрещать мне целоваться с леди Стефани, либо не нужен. И тогда я свободен делать все, что хочу.

Она помолчала.

— Если человек любит кого-то, то он сам не будет идти к другой, — сказала она.

— Вы за это хотели побить меня? — спросил он.

— Я всю ночь не спала, потому что думала, что вы с ней, — призналась Кейт, — мне было очень обидно и плохо от того, что вы обманули меня. Я и сейчас не знаю, врете вы мне или нет.

— Я вам когда-нибудь врал? — он вскинул на нее глаза.

Кейт подумала. Потом отрицательно покачала головой:

— Нет.

— Тогда почему вы сейчас обвиняете меня во лжи? Я вам не вру.

— И, тем не менее, мне очень хочется надавать вам пощечин.

Он повернулся к ней.

— Так не сдерживайтесь. Надавайте.

Лицо его стало каменным, и Кейт закусила губу. Потом размахнулась и ударила его. Звонко, оставив на его щеке следы пальцев. Он вздрогнул.

— Хотите еще? — спросил он.

Кейт видела в его глазах, как он начинает злиться. Она размахнулась, но бить не стала, нежно проведя пальцами по его лицу. Гарольд закрыл глаза, кусая губы.

— Вы нужны мне, — сказала Кейт, — но замуж я за вас не выйду.

Проснувшись ближе к полудню, Кейт узнала, что и леди Клайн и лорд Гарольд покинули Эндсфил Холл. Расспросив экономку, она выяснила, что уехали они по-отдельности. Лорд Гарольд уехал верхом с раннего утра, а леди Клайн совсем недавно в своей карете. Подавив желание обвинить Гарольда во всех смертных грехах, Кейт занялась наконец-то работой в ожидании возвращения герцога.

Он приехал к вечеру уставший, но ужасно довольный. Взглянув на Кейт, он поклонился ей и тут же отправился к себе. Кейт могла только догадываться, где он побывал и что делал, но его самодовольная улыбка совсем ей не понравилась.

Следующим утром лорд Гарольд пришел в библиотеку, будто ничего и не случилось, и они снова сидели рядом, перекидываясь изредка словами на тему писем Дрейка. Кейт было так уютно и тепло, что она готова была работать днями и ночами, только бы он оставался рядом с ней. Лорд Гарольд работал очень быстро, думал еще быстрее, и пока Кейт только собиралась с мыслями, написал большую часть про морские походы Дрейка, подражая стилю Кейт — так же бойко и интересно. Работа их продолжилась и на следующий день, и через день. Вечером лорд Гарольд неизменно уходил к себе, видимо боясь, что вечер в гостиной наедине не способствует сдержанности. Он не пытался ни поцеловать ее, ни как-то иначе выразить свои чувства, и только взгляд изредка выдавал его. Кейт безумно хотелось оказаться в его объятьях и почувствовать его губы на своих губах, но она не могла сама вешаться ему на шею.

И вот настал тот страшный день, когда Кейт закрыла последнюю страницу рукописи. Ей оставалось только перепечатать ее на пишущей машинке, что стояла в кабинете ее отца. Книга была готова, перечитана и исправлена. Лорд Гарольд правил ее весь вечер, и теперь черновая рукопись лежала перед ними на столе. Кейт смотрела на Гарольлда, а он смотрел на нее, и оба осознавали, что все закончено. Закончена их совместная работа, которая принесла столько приятных минут в их жизнь, закончено и время, которое Кейт могла провести в Энсфилд Холле. Не было больше никакого предлога оставаться в доме герцога Ретлент. Кейт в ужасе пыталась осознать простую истину: это их последний вечер. Завтра утром она соберет свой заплечный мешок, сядет на велосипед, что подарил ей Гарольд, и навсегда покинетгостеприимный Энсфилд, оставив в нем свое сердце.