Книга Невеста змея, страница 69 – Валерия Аристова

— Нечем поживиться? — засмеялся Генри.

— Нечем, — абсолютно серьезно ответил Нук, — приходится искать души в других цивилизациях. Я выменял землю на девочку, — он криво усмехнулся, — воспитывал ее, как мог. Учил всему, что она должна знать. Но душа — сложный механизм, и никто не знает, как она устроена. Душа стремится не туда, куда ее направляешь. Крупица зла разрастается до вселенной, а крупица добра может сразить наповал целые цивилизации. Хорошее было время, — Нук сел на софу и закинул руки за голову, — людей было мало и они не понимали ничего в золоте. Мы строили цивилизации, развивали их, растили чистые души… Теперь же… Вот взять душу Элли. Я защищал и направлял ее, как мог. Она же боится меня, хотя, как только я ей не угождал. Она боится, считая своим долгом угождать мне.

Генри разозлился. Этот Змей сломал жизнь девочке Элли, и теперь, изображая его отца, сидит в кресле его матери и рассуждает о пятнах на душе!

— Перестань копировать моих родственников! — сказал он резко.

Нук вскочил на ноги, будто подлетел.

— Извини. Я привык брать образы из головы собеседника. Хочешь, поменяем вид помещения на залы Версаля?

Генри махнул рукой, показывая, что ему все равно. Но комната резко изменилась, окружив их золотом и зеркалами, воздушными арками и картинами с изображением ангелов и золотоволосых дев.

— Так лучше? — спросил Нук.

Генри дернул плечом, стараясь сладить с гневом. Нук раздражал его сверх меры, и он не мог простить ему это издевательство над Элли, и все то, через что она прошла.

— Вот ты злишься, — Нук снова был в своем привычном костюме-чешуе,и серебряные глаза его отражали свет свечей, — а я слова плохого тебе не сказал. Черные крупицы в твоей душе сейчас разрастаются до размеров вселенной.

— А всемогущество не чернит душу? — язвительно спросил Генри, — желание играть чужими душами никак не отражается на твоей?

Нук усмехнулся.

— У меня нет души в вашем понимании. Но… всемогущества тоже нет. Всемогущество придумали вы, люди, чтобы снять с себя ответственность за свои безумные решения. Чтобы обвинить Змея в искушении, а Афродиту в начале Троянской войны… нет никакого всемогущества, Генри.

— А что есть? Ты играешь людьми, как куклами.

— Нет, — Нук свел брови и вдруг улыбнулся, — я — только мысль. Образ в твоей голове. Я могу навести на идею, подтолкнуть, запутать… а решения будешь принимать ты сам. И ответственность на тебе.

— Хитро, — засмеялся Генри.

Нук вздохнул.

— Нет. Одинаковые идеи приходят разным людям. Один, сидя на берегу, мечтает переплыть океан и увидеть Индию, но ничего не предпринимает. Другой объездит всю Европу, чтобы найти тех, кто разделит его идеи и позволит снарядить корабли, не приспособленные к плаваниям через океаны. Но он идет за желаниями, и желания начинают слушаться его, и корабли плывут куда надо. Понимаешь разницу?

Генри кивнул. Он никогда не был силен в философии, и ему с трудом давались такие высокие материи.

Нук взглянул на его уставшее лицо.

— Давай проще. Один сидит на груде камней, мечтая о доме и очаге. Другой складывает камни в дом и разводит очаг. Один просто желает, другой воплощает желания. И каждый сам отвечает за свое решение. Сколько раз в жизни человеку хочется кого-то убить? Но лишь единицы берут нож и убивают. И тоже только они отвечают за воплощение желания. Идея — она может прийти всем. Но воплощение этой идеи в жизнь — удел немногих.