Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 59 – Гарри Фокс

— Я НЕ ПОНЯЛА⁈ — ее голос был низким, вибрирующим рыком, который заглушил даже визг Ирис. — КТО ТАМ МОЕГО КНЯЗЮ СОСАТЬ СОБРАЛСЯ⁈ ЭТО МОЯ РАБОТА! МОЯ ЧЕСТЬ! МОЯ… ПРИВИЛЕГИЯ!

За ней, совершенно невозмутимый, как будто несет не сладости, а священные реликвии, вошел сэр Годфрик. В его руках был огромный серебряный поднос, ломящийся от пирожных, конфет и бутылки чего-то крепкого. Он аккуратно поставил поднос на единственный свободный угол стола, не обращая внимания на бушующую вокруг бурю.

— Держите, государь, — произнес он с почтительным поклоном в мою сторону. — Сладостей княжества. Подкрепление. — Он окинул взглядом сцену: Ирис, пылающую и готовую к прыжку; Элиану, бледную и трясущуюся от ярости; Лиру, хищно ощетинившуюся. Его лицо расплылось в блаженной улыбке. — Сейчас, чувствуется, будет… грязно. Очень познавательно.

Я тяжело вздохнул, отодвигая чашку с чаем подальше от края стола. Чугун в голове начал плавиться от напряжения. Я посмотрел на Годфрика.

— Может, их все же остановить? — спросил я без особой надежды.

Годфрик покачал головой, его глаза блестели азартом знатока.

— Не-е-ет, Ваша Светлость! — прошептал он с упоением. — Отхватим по полной! Хлеще, чем Генрих II у гор Шельмы! Помните? Там тоже три барышни за корону спорили… — Он мечтательно закатил глаза. — Да и зрелище… зрелище намечается первоклассное! Как вы говорили? Мокрые… маечки? — Он смачно чмокнул губами, глядя на Ирис, чье «платье» и так уже было на грани самоуничтожения, и на Лиру, от которой буквально исходил пар ярости.

Я невольно улыбнулся. Абсурд побеждал. Всегда. Я откинулся в кресле, подняв руки в жесте «Валяйте, девчонки».

И они «валянули».

Ирис, увидев Лиру, перенаправила ярость:

— А ты чего, кошка⁈ Не видишь — я с шлюхой благородной разбираюсь⁈ Место твое на кухне, ушастая! Или на коврике у ног господина!

Лира ответила не словами. Онапрыгнула. Стремительно, как пантера. Не на Ирис. На Элиану. Ее когтистая лапа метнулась к лицу «второй жены».

— Кыш, грязная птица! Убирайся из гнезда!

Элиана отпрыгнула с неожиданной ловкостью, ее бирюзовое платье взметнулось. Она не была вооружена, но годы тренировок взяли свое — она блокировала кошачью лапу предплечьем, приняв удар на себя. На тонкой коже мгновенно выступили красные царапины.

— ДЕРЗКАЯ ТВАРЬ! — закричала Элиана, забыв про всякую дипломатию. Она попыталась схватить Лиру за хвост.

Ирис, видя, что ее «противницу» атакуют, на мгновение растерялась, а потом с визгом бросилась… помогать Лире? Нет. Она попыталась ухватить Элиану за волосы.

— Вот тебе, аристократка! Получай!

Кабинет превратился в адский вихрь летящей мебели, раздираемой ткани, визга, рычания и предсмертных воплей Бертрама из-за двери (где он, видимо, все еще обнимал колонну). Пирожные с подноса Годфрика полетели первыми жертвами, размазываясь по полу и стенам. Чашка с чаем, которую я так героически спас, разбилась вдребезги.

Сэр Годфрик стоял, как завороженный, комментируя сквозь хруст конфеты:

— О-хо-хо! Леди Ирис в углу прижала! Молодец! Ах, Леди Лира — царап-царап! По морде! Так ей, ледяной! Ой, а Леди Элиана не промах… Локтем в живот кошечке… Браво! Вот это женская сборная! Хоть сейчас на ринг! За булочки Роксаны!

Я наблюдал, чувствуя, как смех и ужас борются во мне. Моя «вторая жена» пыталась оторвать ухо моей «первой жене». Моя «фаворитка» пыталась выдрать волосы «второй жене». А «первая жена» норовила выцарапать глаза обеим. Идеальная политическая стабильность.