Книга Избранная для опасных ректоров, страница 41 – Саша Май

Кориан двигается. Не глубоко. Сначала почти на месте. Он бережно растягивает меня. И внутри взрывается фонтан эндорфинов. Я снова стону, выгибая спину, впуская Кориана максимально.

В теле поднимается напряжение. Между ног тугое ощущение полноты. В душе — восторг.

Я раскрываюсь. Я слышу, как Талис выдыхает рядом:

— Вот так, Теина, — шепчет Талис, его взгляд цепляется за мои приоткрытые губы. — Ты примешь нас.

Я полностью принимаю Кориана. Всё. Глубину. Тепло. Ритм. Его бедра ударяются о мои.

Тяжелое дыхание и мои стоны наполняют зал. Внутри жжется лава, разливается горячей волной, заставляет тело дрожать, а дыхание рваться. Внизу живота скапливается напряжение, которое только растет.

Я невольно обвиваю Кориана ногами, будто хочу, чтобы он не отступил, продолжил, довел меня до пика. И он не выходит. Движения постепенно становятся резче и глубже, чуть грубее, но не больно. Приятно. Даже слишком.

Взгляд Талиса прожигает насквозь, и в его глазах я читаю, что душой я принадлежу ему, а телом Кориану. Лед в голубых радужках переплавился в пламя, которое отзывается в теле мурашками.Но не физическими.

Я взрываюсь внезапно. С криком. Сжав ладони Талиса. И он сразу закрывает мне рот горячим поцелуем, будто ловит эмоции и рвущийся наружу кайф. Целует жадно, толкается языком в рот, отпускает ладони, чтобы пощекотать соски.

Кориан в этот момент отступает. Выходит. Я хочу закричать от пустоты, но лишь беззащитно всхлипываю в губы Талиса, ощущая холод на нежной коже. В теле все ещё звучит оргазм, сознание мутное. В зале острый тяжелый запах секса.

Талис отстраняется следом, и они меняются. Он опускается у меня между ног, а Кориан — за головой. Так же берет за ладони, так же прижимает к пружинистому покрытию мата.

— Смотри мне в глаза, Тея, — произносит мягко, почти одновременно с тем, как в меня входит Талис.

Он там чуть больше Кориана, но такой же нежный и аккуратный. Такой же бережный. Предупредительный.

Я мгновенно возбуждаюсь, несмотря на то, что только что кончила. Смотрю в янтарные глаза Кориана, читаю в них тепло и то же ощущение, что я ему принадлежу. Он смотрит на меня как на свою.

Кориан целует меня в лоб. В щеку. Облизывает соски. Возвращается к губам. Целует страстно.

Талис постепенно набирает темп. Он горячее. Входит глубже. Двигается более уверенно. Он знает, что я уже приняла. Что могу больше. Что хочу больше.

Я перестаю думать. Только чувствую. Качаюсь на волнах наслаждения. Мужчины держат меня так, будто я драгоценность. Они целуют. Шепчут пошлости, но не вульгарные. Возбуждающие.

Втроём мы растворяемся в ритме. В жаре. В нежности.

Талис поднимает меня к вершинам блаженства даже быстрее, чем Кориан. Тело бьет дрожь, внизу живота все пульсирует, сжимается.

— Какая же ты сладкая, Теина, — выдыхает Талис, обхватывая губами мой сосок. Потом переходит ко второму, посасывает, чуть прикусывает. Но не больно, остро. Крышесносно. А Кориан ловит в моем мутном взгляде, что я хочу ещё.

Они снова меняются. Один держит и целует, другой берет, но с таким почитанием, что я ощущаю себя не вещью, не инструментом по удовлетворению потребностей, какими себя чувствовали Уннарки из борделя. Я чувствую себя центром их единения и причиной их удовольствия.

Я не считаю оргазмы. Кориан с Талисом действуют синергично и полностью в согласии. Будто так и должно быть, и я чувствую себя правильно. На своем месте. Между ними.