Книга Потусторонние истории, страница 52 – Эдит Уортон

Лицо мужа вновь исказила тревога – не застывшее выражение страха, а настороженность мечущихся глаз и губ, как у человека, со всех сторон окруженного незримыми врагами.

Дрожащей рукой она отдала ему вырезку.

– Это статья из «Вестей Уокеши»^[20]. Некто по имени Элвелл подал на тебя в суд… в связи с шахтой «Голубая звезда». Я тут и половины не понимаю.

Они продолжали сверлить друг друга глазами, и, к ее удивлению, затравленное выражение на лице мужа при этих словах сменилось облегчением.

– Так вот в чем дело! – Нед сложил вырезку привычным жестом, как складывал любую ничего не значащую бумагу. – Да что с тобой сегодня, Мэри? Я испугался, что ты и вправду получила дурные новости.

Его уверенный тон действовал успокаивающе; Мэри почувствовала, как накативший безотчетный ужас ослабевает.

– Так ты знал? И не беспокоился?

– Конечно, знал. И не беспокоился.

– Тогда о чем тут речь? Я не понимаю. В чем тебя обвиняют?

– Во всех мыслимых и немыслимых грехах. – Нед бросил вырезку на пол и опустился в кресло у камина. – Тебя интересуют подробности? Банальная ссора из-за прибыли от «Голубой звезды».

– Но кто такой Элвелл? Имя мне ни о чем не говорит.

– Один малый, которого я привлек к делу. Я тебе о нем в свое время рассказывал.

– Правда? Я, должно быть, забыла… – Мэри тщетно напрягала память. – И если ты ему помог, почему же он подал на тебя в суд?

– Наверняка связался с каким-нибудь мошенником-адвокатом, который его и науськал. Не стоит вдаваться во все эти передряги. Я всегда думал, что разговоры о делах тебя утомляют.

Мэри стало совестно. В принципе, она не одобряла привычную для американских жен отстраненность от профессиональных дел мужа, однако на практике с трудом вникала в рассказы Бойна о его многочисленных сделках. Кроме того, за время их вынужденного изгнания она еще больше уверилась в том, что в обществе, где качество жизни напрямую зависит от постоянных усилий мужа на трудовом поприще, любой выпадающий им досуг следует использоватькак бегство от рутинных хлопот к той жизни, о которой они всегда мечтали. С тех пор как они оказались внутри воображаемого магического круга и обрели наконец желанный покой, Мэри раз-другой задумывалась, правильно ли поступала, но до сего дня подобные сомнения посещали ее нечасто и лишь как экскурсы буйной фантазии в прошлое. Теперь же она впервые с удивлением обнаружила, как мало знает о том материальном фундаменте, на котором зиждется ее счастье.

Безмятежный вид мужа внушал спокойствие. Однако для полной уверенности ей требовались более веские основания.

– Разве судебная тяжба тебя не заботит? Почему ты никогда о ней не упоминал?

Муж ответил сразу на оба вопроса.

– Я о ней не упоминал, потому что дело меня действительно беспокоило, вернее, раздражало. Но теперь все в прошлом. Тебе, скорее всего, прислали устаревший номер «Вестей».

У нее мгновенно отлегло от сердца.

– Ты хочешь сказать, дело закрыто? Тот человек проиграл?

Бойн едва заметно помедлил с ответом.

– Иск отозван – вот и все.

Мэри продолжала упорствовать, словно желая оправдать саму себя за то, что ее так легко выбить из колеи.

– Отозван потому, что истец понял, что у него нет шансов?

– О, ни малейших! – ответил Бойн.

Ее не оставляли смутные опасения.

– Когда был отозван иск?

Нед ответил не сразу, будто к нему вернулась прежняя неуверенность.