Книга Потусторонние истории, страница 50 – Эдит Уортон

Памятуя о своей предрасположенности к головокружению, Мэри на мгновение задержалась у дымовой трубы, на которую они только что опирались, затем осторожно последовала за Недом. Дойдя до лестницы, она, сама не зная почему, вновь остановилась и, перегнувшись через перила, пристально вгляделась в затемненную, перемежавшуюся солнечными бликами тишину дома. Она стояла там до тех пор, пока звук закрывшейся внизу двери не заставил ее очнуться и спуститься по ступеням.

Прихожая пустовала, через настежь распахнутую входную дверь из сада лился солнечный свет. Дверь в библиотеку тоже была открыта, и, постояв какое-то время, тщетно прислушиваясь к звукам внутри, Мэри шагнула через порог и увидела мужа, который рассеянно перебирал на столе бумаги.

В его лице не осталось и следа былой тревоги; Нед выглядел спокойным, даже посвежевшим.

– Что произошло? Кто это был? – спросила она.

– Ты о ком? – переспросил он.

– О человеке, который шел к дому.

Нед задумался, припоминая.

– Человек?.. А я думал, это Питерс; хотел догнать его и расспросить про стоки в конюшне, но он куда-то исчез.

– Исчез? Странно, сверху казалось, что он шел очень медленно…

– И мне так показалось, – пожал плечами Бойн. – Видимо, потом он припустил. Как думаешь, мы еще успеем забраться на Мелдон-Стип до заката?

Вот и все. Тогда она не придала эпизоду значения и забыла мгновенно, едва им открылся чудесный вид с холма – они мечтали подняться туда с тех самых пор, как впервые увидели над крышей Линга одинокую вершину. Разумеется, их первое покорение Мелдон-Стип, совпав со странным происшествием, затмило его и отодвинуло в глубины памяти, где и оставалосьдо сегодняшнего дня. Не было ничего подозрительного или зловещего в том, что Нед устремился вдогонку за неуловимым подрядчиком. В то время они постоянно подкарауливали того или иного мастера, которого забрасывали при каждом удобном случае вопросами, упреками или напоминаниями. К тому же серая фигура вдалеке, безусловно, напоминала Питерса.

Теперь, вспомнив тот день и тревогу на лице мужа, Мэри осознала, что его объяснение звучало неубедительно. Если он принял человека за Питерса, то отчего так перепугался? И отчего, раз уж так срочно требовалось посоветоваться по поводу стоков в конюшне, исчезновение подрядчика вызвало такое облегчение? Мэри не помнила, чтобы в то время задавалась этими вопросами, однако готовность, с которой они всплыли в сознании сейчас, не оставляла сомнений: они давно поселились в голове и лишь ждали своего часа.

II

Устав от непрошеных мыслей, она подошла к окну. Библиотека окончательно погрузилась во тьму, но, к удивлению Мэри, снаружи все еще сохранялся слабый свет.

Пока она вглядывалась в сгущавшиеся сумерки, вдалеке, среди облетевших лип, замаячила фигура. Вернее, из общей серости выделилось темное пятно, которое приближалось к дому. Ее сердце екнуло в такт мысли: «Призрак!»

Мэри почудилось, что человек, которого два месяца назад она едва разглядела с крыши, теперь, в предначертанный час, окажется вовсе не Питерсом; в одно мгновение ее захлестнул страх перед предстоящим разоблачением. Однако уже со следующим ударом сердца расплывчатый силуэт принял черты, в которых она, даже с ее слабым зрением, однозначно узнала мужа; Мэри поспешила навстречу с готовым признанием в собственной мнительности на устах.