Книга Магически и не только… одаренная семерка и их декан, страница 46 – Наталья Шевцова

Основная дилемма его была в том, что, с одной стороны, запечатанный дар его подопечной таил в себе поистине неисчерпаемые возможности, благодаря которым он мог бы получить ответы на многие вопросы.

С другой же стороны, этот дар почти наверняка станет проклятием для неё. Настолько страшным проклятием, что в какой-то момент — смерть покажется ей счастливым избавлением.

Возможно, они с Эланой и смогут защитить Кэссиди от чувств и эмоций, которые в Агейре Вегарде и его сыне вызвала агония смерти, но смогут ли они защитить её потом?

Потом, когда она ежечасно, ежеминутно начнёт воспринимать чувства и эмоции совершенно посторонних ей людей. Не все, из которых будут положительными. Да и те, положительные тоже — недолго будут приносить ей радость.

Смогут ли они с Эланой защитить Кэссиди, если вдруг она начнёт сходить с ума от того, что окажется неспособной отделить чужие чувства и эмоции от своих?

Накануне он провёл бессонную ночь, пытаясь получить ответы на эти вопросы.

Однако чем больше он узнавал о сенситивных эмпатах, тем больше убеждался, что он был прав, никакой это не дар, а проклятие. Проклятие, которое рано или поздно забирало у всех своих жертв либо разум, либо жизнь.

Если бы он был уверен, что контролирует ситуацию, то его решение было бы уже принято и не подлежало пересмотру. Он не позволил бы Кэссиди распечатать дар и точка.

Однако он её неконтролировал.

И дело было не только в Элане и Кэссиди, поскольку не только они, но и вероятности будущего приняли своё решение и менять его были не намерены.

И если первые две нещадно давили — морально, то вероятности, не менее нещадно, давили — интеллектуально и логически.

Вот такая вот у него была мощная оппозиция.

Поэтому, обеспечив свою подопечную всей необходимой информацией, он отдал право принятия окончательного решения ей на откуп.

В конце концов, это её жизнь, её здоровье, а значит ей и решать! Твердил он себе снова и снова. Вот только мантра эта не помогала от слова «совсем». Он всё равно чувствовал себя ответственным.

Биток толкнул шар под номером «пять», который отскочив, зацепил собой шар под номером «одиннадцать» для того, чтобы направить того прямёхонько в лузу.

Победное же шествие шара номер «пять» на этом не закончилось. Слегка отклонившись в сторону при столкновении с шаром номер «одиннадцать», он, судя по последующему смачному поцелую, полетел на крыльях любви к шару номер «семь».

Страстный и крепкий поцелуй, впрочем, продлился всего долю секунды, после чего оба шара разошлись, как в море корабли, каждый направившись к своей пристани.

Первой, так как и путь его был более коротким и двигался он проворнее, в пункт своего назначения прибыла «семерка».

Со всех глаз следя за явно сдавшим после двух интимных встреч подряд шаром номер «пять», Вайлд ещё раз обратился к богам, намекая им прямым текстом:

«Вот он ваш шанс. Докажите мне, что вы есть!»

И боги его услышали. И даже что там попытались доказать…

Медленно и томно бороздящая просторы бильярдного стола любвеобильная «пятерка» докатилась до самого горла лузы и замерла…

Вайлд замер вместе с ней.

Ветреная кокетка «пятёрка», однако, подобной солидарности со стороны большого и сильного мужчины не оценила, насмешливо подмигнула и… столь же медленно и томно, как и плыла, упала в уже распахнутые объятия лузы.