Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 55 – Екатерина Ильинская

Под статьёй размещался небольшой рисунок, на котором я в остроконечной шляпе с выражениемявного презрения на лице указываю на дверь худой высокой блондинке и полной низкой шатенке. Выглядела я на этом наброске как королева — гордая, непреклонная и изящная.

Я минут пять смотрела на статью, пытаясь осознать написанное и привести в порядок мысли и чувства. Эрнет что, защищал меня от сплетен, которые могли распустить эти обиженные курицы? Внутри всё счастливо замирало от подобной мысли, но тут же обрывалось, когда я вспоминала его слова, что и про меня он обязательно напишет всю правду. Я никак не могла понять такого отношения. Журналист словно одновременно и подозревал меня, и… испытывал симпатию?

Самым странным был призыв сменить предсказателя. Насколько я понимала, Хантли не верил ни одному представителю моей профессии, и, тем не менее… направлял клиентов сюда? Зачем? Просто в пику сплетницам, чтобы тем труднее было собирать информацию? Наверное, так. Но всё же это выглядело очень странным.

Я не понимала позиции журналиста и никак не могла определиться, что думать. В растерянности встала и начала бродить из угла в угол, пытаясь прийти к какому-нибудь решению, но ничего умного в голову не шло. Устав от бессмысленных шатаний, я направилась на кухню проверить Саюши и похвалить за образцовое поведение — змея за весь день ни разу не дала о себе знать, хотя я боялась, что она вылезет и распугает посетителей.

Я вдруг вспомнила, что не слышала коббарру даже тогда, когда никого не в салоне не было. И перед уходом на обед. И после тоже.

На кухню я буквально влетела, и тут же остановилась, замерев от ужаса. Саюши неподвижно лежала посередине пустого помещения.

Сердце испуганно забилось в груди, а руки похолодели. Что я наделала? Как давно с ней такое? Пальцы тронули пушистый мех, и я облегчённо выдохнула — коббарра дышала и определённо была жива, но совершенно неподвижна. Может, она просто спит?

Вдруг тело змеи содрогнулась, а из пасти донёсся болезненный стон.

— Саюши! — Крик вырвался помимо воли, и я зажала рот рукой. Так! Не паниковать! Мне срочно нужен ветлекарь. Срочно! Где-то в «Вестнике» мелькала реклама. Найти и быстрее бежать туда. — Потерпи, я сейчас найду… Я тебя вылечу! — И я побежала искать нужное объявление.

* * *

— Ваша коббарра просто обож… переела, — смягчила диагноз девушка-ветлекарь, и я, наконец, смогла нормальнодышать. А ещё возмущаться!

— Саюши! Я чуть не умерла от ужаса, а ты!..

Змея подняла голову со стола, где её осматривали, виновато глянула на меня и попыталась зашипеть, но вместо этого сыто рыгнула и отвернулась в смущении.

— А чего она могла переесть? Я ей только молоко давала… Простите, от волнения забыла, как вас зовут… — Я виновато посмотрела на темноволосую девушку — миловидную, в голубом форменном платье, которое ей удивительно шло.

— Элла Фостер, — напомнила она, а я осознала, что даже не представилась — просто вбежала в помещение с невнятными криками и вывалила змею на стол, умоляя её срочно вылечить.

— А меня зовут Амелия Ковальд, — исправила оплошность я. — То есть с Саюши всё хорошо? Она просто… переварит еду и поправится?

Элла кивнула и добавила:

— Я ей сейчас дам желудочные капли, чтобы процесс пошёл быстрее. Но вообще она и сама должна справиться. Видимо, долго голодала. Да, моя хорошая? — Элла погладила змею по пушистой шкуре и вытащила из ящика стола небольшой флакон. — Ну-ка, скажи а-а-а-а.