Книга Вы (влюбитесь) пожалеете, господин Хантли!, страница 167 – Екатерина Ильинская

— В Брейвиль?

В голове шумело от страха, и я никак не могла начать соображать. Даже не понимала, чего испугалась: то ли за Хантли, то ли того, что останусь в Рейвенхилле одна.

— Вам же нельзя в столицу, вы в опале, — наконец, выдавила я.

— Придётся рискнуть. Похоже, что все ответы именно там. Кстати, в Брейвиле гораздо легче выяснить про Виктора Бранса, о котором вы так переживаете.

Я забрала руку у Эрнета и потёрла лоб. Боль медленно растекалась от висков к затылку, суля кошмарный день. Что ещё приготовило мне это утро?

— Я больше переживаю за вас, — честно призналась я.

О Викторе сейчас беспокоиться не стоило. Разве что он не выспался, но, уверена, ни о чём не жалел.

— Это так неожиданно… — упавшим голосом сказала я. — Ваш отъезд, мигрень, отсутствие кофе…

— Мой отъезд, к сожалению, не отменить, но с мигренью и кофе, я помогу.

Хантли поднялся из-за стола и встал позади меня, коснулся висков и слегка надавил. От кончиков пальцев расходилось тепло, постепенно растворяющее пульсирующую боль. Блаженно вздохнув, я откинулась назад, прислонившись к его груди, и закрыла глаза.

Надавливания сменились лёгкими поглаживаниями. Хантли провёл вниз, очертил ушко, вызывав мурашки. Я вздрогнула от неожиданного удовольствия и прижалась щекой к его руке.

— Теперь кофе, — хрипло сказал он. Я тут же отпрянула. И вовремя. В приёмную, громыхнув дверью, ввалился Джейк. — Я сварю, только покажите, где он у вас хранится.

Кофе мы пили молча. Я в волнении кусала губы и всё хотела что-то сказать, но не могла придумать, что именно. В голове крутилась тысяча мыслей, но каждая по отдельности казалась совершенно дурацкой и недостойной того, чтобы её произнесли.

— Если захотите со мной связаться, то обратитесь к Эдварду, — вдруг нарушил тишину Хантли. — Он знает, куда отправлять корреспонденцию.

— Может, вы просто дадите адрес? Я вполне способна отправить письмо с магической почтой.

К тому же я совершенно не хотела обращатьсяк ловчему мрака, хотя очень высоко оценила его помощь Эрнету в деле о смерти Элеоноры. Но каким бы хорошим человеком он ни был, перебороть страх, внушаемый его силой, я пока была не в состоянии.

— Я буду в Брейвиле под чужим именем, а если вы начнёте слать туда письма, будет слишком легко сопоставить факты. Это, конечно, не более чем предосторожность, но всё же прошу для связи со мной обращаться к Эдварду.

— Ладно… — Оставалось только согласиться. И надеяться, что Хантли вернётся очень быстро и развеет все мои тревоги. И что за время его отсутствия мне вообще не потребуется ничего узнавать и ни о чём просить.

— Амелия, ничего не бойтесь. Я найду нужную информацию и вернусь. — Эрнет встал, и я тоже поднялась.

— Мне всё равно тревожно.

— Эдвард…

— Не за себя, а за вас, — оборвала я Хантли. — Просто будьте осторожнее.

— Обещаю.

И он ушёл. Из моего дома, с Книжной улицы и из Рейвенхилла. И я не знала, когда увижу его снова.

* * *

День прошёл как в тумане. Я плохо помнила, кто ко мне приходил и что спрашивал, но педантично записывала в тетрадь всё, что нагадала, хотя не могу сказать, что действительно вникала в свои же записи. А к вечеру начался дождь, избавив меня от большей части клиентов.

Мерный стук капель успокаивал и уносил тревоги. Убаюкивал даже лучше, чем устроившаяся на коленях коббарра, которую я непрестанно гладила, находя утешение в этой ненавязчивой компании. Хотелось просидеть так до самого приезда Хантли, услышать стук, открыть дверь и увидеть его с неизменным кофе и пакетом сладостей.