Книга Победоносец, страница 23 – Anne Dar

Всё продлилось не дольше пары минут. Могло бы быть дольше, но внезапный раскат неестественного грома и вибрация, отошедшая от стен пещеры, спугнула её… Это был вовсе не небесный гром – я был уверен в том, что такой методичный рокот может издавать только железная птица. Но ведь железные птицы Большой Земли никогда не летают так низко над камчатскими землями… Моё дыхание замерло, но в следующую же секунду сердце застучало сильнее: не говоря ни слова, выскользнув из моих рук, Ванда поспешила прочь из пещеры.

Мы разошлись по очереди: она ушла первой, а я вышел следом только спустя час, чтобы наверняка избежать риска быть замеченными пытливыми взглядами. Натянув сухой сарафан и накидку поверх мокрой сорочки, Ванда только один раз, перед тем, как сесть на свою кобылу, одарила меня улыбающимся взглядом, но этого взгляда мне было достаточно, чтобы понять, что ничто не испорчено и даже лучше – я могу надеяться на новую встречу.

Домой я добирался как в тумане: снова и снова возвращаясь мыслями в пещеру, я практически не видел ничего кругом себя. Только подъехав к Замку, я вдруг осознал, что утро вступило в свою силу: редкие люди начали выходить на поля и тянуться к реке, и к лесу. Спешившись при самом въезде в город, так как по негласному правилу внутри Замка верхом могут передвигаться только люди, приближенные к князю, я вошел в город, ведя Мрака за узды. Я не торопился и, снова уйдя в свои мысли, задумчиво сверлил взглядом брусчатку под своими глазами, поэтому не сразу заметил Громобоя с Онагостом – парни остановились прямо напротив меня, явно ожидая, когда же я обращу на них своё внимание. Заметив же знакомых, лишь сравнявшись с ними, я сразу же остановился и наконец осознал чрезмерную степень своей отрешённости от реальности.

– Вы только посмотрите на него, даже когда счастлив, всё равно хмуриться, – вдруг произнёс Онагост, и его замечание о моём якобы счастливом состоянии сразу же вызвало во мне желание ещё больше сдвинуть брови к переносице.

Онагост каким был весёлым и шумным белокурым красавцем, таким и остался. Только одеваться стал ещё более эффектно: ходит в блестящих лёгких доспехах, будто посвящает тренировочным боям на мечах не час в день, а целые сутки напролёт изнуряет себя этим, по сути, малополезным занятием в нашем веке. Громобой из зажиточной семьи, так что их круг общения часто пересекается, а вот я с Онагостом поддерживаю подобие дружбы только из-за того, что с ним в ладах мой лучший друг. Онагост не плохой парень, да вот только зачем ему те же блестящие доспехи? Любитель покрасоваться и быть в центре внимания, он представляет собой полную противоположность моей натуры.

Стоит мне только подумать о том, что Онагост слишком уж сосредоточен на блеске всяческих побрякушек, как он вытаскивает из своих ножен новый меч, какого я у него еще не видел,и показывает мне позолоченную рукоять, украшенную тремя большими красными гранатами.

– Оцени, насколько тонкая работа. Представляешь, наш личный мечник такую красоту сотворил.

За меня мои мысли басовито произнёс вслух Громобой:

– Оружие придумано для защиты, а не для красоты.

Если я единственный, кто может одёргивать Онагоста одним лишь молчанием, тогда Громобой один из немногих, кто может одёргивать этого парня точно подобранным словом. И Онагоста это устраивает, потому как он всё же неплохой парень. Если бы был из простого народа, а не княжеским сыном, уверен, мы обрели бы в нём отличного товарища, может даже побратима.