Книга Душа моя, гори!, страница 184 – Виктория Яровая

– Так красиво, – тихо выдохнула Оля.

Повернулся и увидел, как она искренне наслаждается широким простором моря. Его необъятной силой и умиротворяющим спокойствием. Нахмурился. Странно. Она раньше не восхищалась природой. Посмотрел в даль водной глади и вдруг увидел вдалеке черную точку. Она быстро приближалась к нам. Что это?

Подскочил и приложил к глазам руку, пытаясь рассмотреть получше. Птица? Слишком большая. Неужели…? Преждевременная радость растеклась по телу, я сдерживал ее, боясь спугнуть. А если не прав? Но чем ближе птица подлетала к нам, тем шире становилась моя улыбка. Это точно она!

– А это не хигола? – удивленно спросила Оля.

– Она! – радостно ответил я, наблюдая, как мощные крылья рассекают воздух.

Только бы это была моя Хилочка! Я с нетерпением ждал, пока хигола подлетит ближе. Она сделала над нами круг и неуклюже совершила посадку. Из ее клюва раздался пронзительный крик, в котором я услышал нотки радости. Как же я счастлив тебя видеть! Бросился к ней и погладил по голове. Умница! Нашла все-таки меня. Но откуда она прилетела? Значит, дальше есть земля?

Даже Оля выглядела чуть счастливее, осторожно касаясь крыла хиголы. Я же рассматривал своего питомца, пытаясь понять его состояние. Скольколетела? Устала ли? На вид сытая и полная сил. Значит, мы сможем отправиться прямо сейчас.

– Готова полетать? – широко улыбаясь, спросил я, поворачиваясь к Оле.

Ее лицо скривилось, но она уверенно кивнула. Быстро собрав вещи и отпустив криля, мы забрались в мешок. С удовольствием прижался к супруге. Радуясь, что теперь у меня две руки, отвел хиголу подальше от обрыва. Разбег, толчок – и мы полетели. Надеюсь, нам будет где приземлиться.

Ольга

Сидя в неудобном мешке, я даже не обращала внимания, что мы летим над открытым морем. Мою ватную голову окутала пелена тошнотворных мыслей. Прошедшие четыре дня превратились в сплошное мучение. Еще только вернувшись в дом Олмана, я начала понимать, что совершила самую ужасную ошибку в своих обеих жизнях.

Моя душа жила. Все вокруг казалось ярким, легким и воздушным. Приступы прекратились, в груди поселилось нежное тепло, которое волнами окатывало тело. Бабочка внутри меня порхала и искрилась. Так хотелось забыть о том, чья она, разрешить ей остаться со мной, но огромная плита вины давила все сильнее. И с каждым днем сопротивляться становилось тяжелее.

Два дня мне кое-как удавалось заглушить и отодвинуть на задворки сознания тягостные мысли, но сейчас все встало на свои места. Моя новая душа дарила мне радостные ощущения – она же заставляла меня сожалеть. То, что я сотворила, купив детскую невинную душу, никогда не оправдает моего желания жить.

Зря я уехала с Грэгом. В тот день я должна была найти в себе силы отказать ему. Зачем мне в забытые земли? Как я смогу там исправить то, что натворила? Сожаление и вина кипящим ядом брызнули в грудь. Купила душу ребенка! Чьего-то малыша! Как я могла? Я крепко зажмурилась и сжала кулаки. Хотелось треснуть себя посильнее.

– Ты в порядке? – раздался над ухом голос Грэга.

Хорошо, что в хиголе он не видит моего лица. Сглотнула вязкий ком в горле и как можно спокойнее ответила:

– Не очень-то я люблю летать. Тем более, не зная куда.

Теплое дыхание коснулось затылка, и мягкий голос мужчины постарался успокоить: