Книга Хитрожопый киборг, страница 75 – Аманда Майло

Потомство наполовину йондерин. Что, абстрактно говоря, я знал. Но видетьего… Человек от головы до живота, самый очаровательный младенец, которого я когда-либо видел. Но затем, в области бедер, он претерпевает радикальную трансформацию. Блестящая синяя чешуя покрывает его нижнюю половину, очень похожая как у йондерина. В то же время он выглядит больше как гуманоид. У него есть ноги.

Словно демонстрируя это, он вытягивает их, и на его крошечных ступнях раздвигаются еще более крошечные пальчики. Между пальцами непрозрачные перепонки. Перепонки. У него маленькие перепончатые пальцы на ногах.

Я в восторге.

Я отрываюсь от разглядывания, потому что в голове у Бекки что-то не так, и я не знаю почему.

Я замечаю, что она переводит взгляд с меня на головастика. Я не могу прочитать выражение ее лица.

Она отворачивается от меня, и что-то, что я прочитал в ней, возможно, то, как старательно она теперь избегает смотреть на йондерина-человека, заставляет меня отступить на шаг. Меня внезапно осеняет вопрос: испытывает ли Бекки отвращение к мысли о гибриде, наполовину йондерине, наполовину человеке?

Неужели Бекки не хочет моего потомства?

— В чем дело? — я спрашиваю ее.

Она качает головой.

— Я хочу опуститься.

— Куда опуститься?

Теперь она морщится.

— Я хочу встать на четвереньки.

— Нужен ковер, — бормочет К'вест, отстраняется от своей семьи и выбегает из комнаты.

— Прежде чем ты опустишься, давай проверим тебя, — говорит акушерка Джейн, моя руки в тазу с тщательностью, которую я могу оценить. — Ты, — она указывает подбородком на меня, затем на глиняную посуду, стоящую на маленьком столике у двери. — Кувшин. Вылей это мне на руки.

Я отхожу от Бекки и делаю, как велела акушерка, помогая ей вымыть руки. Как только ее конечности очищены, акушерка вводит руку в ту часть тела Бекки, в которой в последнее время был только я.

— Плод в тазу.

— В тазу? — спрашиваю я, сдерживая желание оглянутся. В комнате не было ни одного таза.

— Малыш на подходе, — сообщает К'вест, возвращаясь со свернутым ковриком, который, судя по пластиковой упаковке, новый. Осторожно он освобождает его от оболочки и раскатывает на свободном участке пола.

Я посылаю ему взгляд, полный благодарности, как за объяснение,так и за эту помощь моей жене. Затем я помогаю Бекки встать на четвереньки поверх тканого материала.

— Не разводи колени, — предостерегает акушерка Джейн. — Это защемит канал. Ребенку будет труднее пройти.

Я помогаю Бекки расположиться так, чтобы ее колени оказались под бедрами.

— Раздвинь ступни, — приказывает акушерка Джейн.

Бекки стонет, когда я помогаю ей переместить ступни — но не колени, — пока она не выпрямляется, поджимая колени под себя и сворачиваясь в клубок. Когда акушерка Джейн отталкивает меня в сторону и задирает платье Бекки, я почти задыхаюсь.

Появляется голова головастика.

— Теперь, как и в случае со Стеллой, мы не собираемся торопить события, — предостерегает акушерка Джейн. — Это не похоже на фильмы, где на маму кричат, чтобы она тужилась. Торопливость — это только способ нанести разрывы женщине. Мы также не будем ничего резать. Я помассирую губы твоего влагалища, чтобы помочь им растянуться вокруг головки ребенка. Готова?

— Ага, — выдыхает Бекки.

Вновь шокированный и оттесненный к плечу Бекки, я могу лишь растирать ей спину и придерживать платье, пока акушерка Джейн массирует интимные области моей жены.