Книга Загадочная хозяйка Ноттингема, страница 96 – Инна Дворцова

Не думали они, собираясь поживиться за счёт богатенькой вдовушки, что на неё имеет виды сам хозяинНоттингема. Худшей ситуации даже придумать нельзя.

— Не виновата я, они сами пришли, — комично пропела я, целуя его в щёку.

— Медовая моя, ты не виновата, а вот эти…— прервал фразу поцелуем. Целует шериф неторопливо, со вкусом, наслаждаясь тем, что они видят, где простираются его охотничьи угодья. Мне определённо понравился такой суд. — Кстати, кто это, ты знаешь?

Я непонимающе хлопала глазами. Ну нельзя же так быстро переходить от поцелуя к вопросам. У меня закружилась голова от его близости, и я совершенно не понимаю о чём это он.

— Кто? — глупо переспросила я, уставившись на его губы.

Как же я, оказывается, тосковала по его поцелуям, наглой самоуверенности короля жизни. Мне всё нравится в нём от чёрных кудрявых волос до хрипловатого голоса.

— Это сборщики налогов, господин шериф, — появился из ниоткуда Адам.

Я наконец-то приобретаю способность связно мыслить и при этом смотреть на шерифа.

— Да, сэр Гай, — пролепетала я, опустив глаза. Мой взгляд застопорился на его выдающемся мужском достоинстве, и я покраснела. — Они пришли и потребовали заплатить все налоги, которые есть в Англии.

У шерифа вытянулось лицо. От шока он даже выпустил меня из объятий. А я-то думала, что его уже ничем не удивить.

— То есть как? — гневно спросил сэр Гай и наконец-то посмотрел на двух олухов царя небесного, которые отчаянно пытались слиться с интерьером.

— Вот так, — развела я руками, — и ещё за три года.

От такой наглости сборщиков налогов шериф потерял дар речи. Да, изрядно они начудили.

Лицо сэра Гая покраснело от гнева. Он хватается за кинжал, висящий на поясе. Я схватила его за руки, чтобы эта отчаянно трусящая отрыжка бюрократии осталась жива.

Не будь дураками налоговики, растеряв всю спесь, кинулись к двери.

— Тихо, тихо, — шепчу я ему на ухо, целую мочку уха, спускаясь к шее, — пусть их, не убивай.

— Не убивай, — заорал шериф, сбрасывая мои руки. — Мерзкие твари. Это же сколько раз за год они собирают налоги?

Да, дело плохо. Я искренне пожимаю плечами. Об этом я не подумала. Может быть, если бы не такие сборщики, то в лесах у Робина было бы гораздо меньше народа.

Пусть незадачливым махинаторам преградили стражники шерифа.

— Вяжите их и в подземелье. Вернусь, тогда и разберусь с ними, — распорядился сэр Гай.

Стражникиуволокли сборщиков налогов с глаз долой.

— Вот мрази, такой день мне испортили, — остывая произнёс шериф.

Я провела по камзолу шерифа пальчиком, рисуя узоры. Раньше ему нравилась такая ласка.

— Я помогу поднять тебе настроение, сэр Гай, — томно взглянув на него, провела по губам кончиком языка, немного прикусив нижнюю губу.

— Ты голоден, шериф? — с придыханием, произнесла я заведомую двусмысленность.

Сэр Гай не выдержал и сграбастал меня в объятия, осыпая лицо и шею быстрыми, горячими поцелуями.

— Я чертовски голоден, — осипшим голосом прошептал сэр Гай, — утоли мой голод, медовая моя.

Оказалось, что не одна я мастер двусмысленностей. От его горячего шёпота мне стало жарко. Он ласкал меня раздевающим взглядом. Я почти была готова увести его к себе и плевать на условности.

Я сгорала в его огне. Растворяясь в нём без остатка.

Я стала шерифозависимой и только громадный объём работы удерживал меня, чтобы не пойти слоняться по Ноттингему в надежде увидеть его. Он отравил меня любовью и нет мне спасения.