Книга Загадочная хозяйка Ноттингема, страница 94 – Инна Дворцова

Я в душе возмутилась и решила проучить наглецов. Будто то бы выполняя их распоряжение, пошла на кухню и приказала ничего этим вымогателям не подавать. Вернулась и приступила к первому действию марлезонского балета.

— Пока мои люди готовят специально для вас свежие блюда, не мешало бы разобраться с налогообложением, — произношу я, лучезарно улыбаясь. — Насколько я поняла, вы не желаете объяснять, откуда взялись такие суммы.

Молокосос презрительно на меня посмотрел и отвернулся. Его напарник безразлично пожал плечами.

Отлично, я вам сейчас устрою представление.

— Хорошо, тогда позвольте, я объясню, — присев на скамейку, я указала им на места напротив меня. Для важности открыла гроссбух и приступила к избиению младенцев.

— Приступим помолясь. Следите за моей мыслью, подать со строений по количеству дымов, взимается с каждого дыма по два шиллинга.

— Да, но у вас больше десяти окон, а значит, налог увеличивался ещё на четыре шиллинга, — вступает в спор тот, кто постарше.

— Согласна с вами в этом вопросе. Значит, не тридцать шиллингов, а шесть, — пытаюсь я отвоевать собственные деньги.

— Позвольте, — вступает в наш спор молодчик, — подать на дома с десятью и более окнами,увеличивается на восемь шиллингов.

— Я не возражаю, но тогда это десять шиллингов, а не тридцать. Не так ли? — Мило улыбаясь спрашиваю я.

Мужчины переглянулись и промолчали. Я же, решила дожать их и вынудить признать свою неправоту.

— Так, что тридцать или всё же десять шиллингов? — Улыбка уже не играет на моём лице, уступая место суровому взгляду.

— Десять, — выдавливает из себя молодчик.

Они угрюмо переглядываются. На лицах явно читается вселенская скорбь. Интересно, они уже поняли, что на обед рассчитывать не приходится?

— Дальше считаем, — продолжаю я. — Вы мне насчитали пятьдесят шиллингов подушной подати. Так?

Они в унисон кивают.

— У меня служат, я подчёркиваю, служат десять человек. Это вольные люди, а не моя собственность. Я не обязана платить за них всех. Я плачу только за себя.

— Мы согласны. За вас пять фунтов стерлингов, — нахально улыбаясь мне в лицо, сказал молодчик.

Я на мгновение потеряла дар речи. Вот вымогатели. Мало того что история меня опять подвела, потому что, по моим сведениям, поголовный налог существовал в Англии с 1379 г. и изменялся в связи с общественным положением человека. Например, в 1641г. герцоги платили по сто фунтов стерлингов, бароны — по сорок фунтов стерлингов, нетитулованные лица — от пяти шиллингов до пяти фунтов стерлингов.

Они посчитали налог по самой высокой тарифной сетке и не придерёшься.

— Вы меня решили разорить? — злобно рычу я на них, вставая с лавки и напирая грудью на вымогателей.

— Успокойтесь, — снисходительно сказал молодчик, без зазрения совести заглядывая в декольте. — Всё по закону.

Не придерёшься!

— Допустим, — не сдаюсь я, — а при чём здесь налог на трусость? Я же не должна идти воевать?

1187 г. в Англии и во Франции была установлена «саладинова десятина». Это было ответом на успешные действия султана Садах Ад Дина, разгромившего основанное крестоносцами Иерусалимское королевство. Налог взимался с имения тех, кто не принимал личного участия в Крестовых походах. В народе его называли налогом на трусость.

— Не вы, а ваш слуга Адам. Насколько нам известно, именно он проживал раньше в этом доме и не платил налоги, — елейно улыбаясь произносит страшные вещи старший сборщик налогов. — А это довольно большая сумма.