Книга Загадочная хозяйка Ноттингема, страница 23 – Инна Дворцова

— Ты чего замолчала? — действительно с нотками ревности, мне не показалось, спросил меня Робин.

Подобные поползновения надо пресекать в зародыше, тем более, если сама к нему неровно дышишь.

— Послушай, я из Кента, Маленький Джон из Шервудского леса. Узнала его позже, чем тебя. Ты же сам приставил его ко мне, — я сделала вид, что удивилась, его напору. — Мама мне всегда говорила, чтобы я не связывалась с плохими мальчиками.

— А ты так и послушала свою маму, — захохотал Робин.

— Ты сама-то понимаешь, во что ввязалась? — уже серьёзно спросил он. — Вокруг одни плохие мальчики. Очень плохие, Эмма.

Я судорожно сглотнула. Только сейчас до меня дошло, что я не до конца просчитала последствия. А Робин мне только, что продемонстрировал в лёгкой форме, что меня ждёт, если раскроется тайна.

В моей голове сложился образ благородных разбойников, который им создали легенды. А на самом деле они обычные люди и своего не упустят. Оставаться в банде опасно, нужно продавать стрелу и открывать трактир.

А вот здесь мой молодой возраст будет помехой. Каждый посчитает своим долгом обмануть юнца. Помощь Робина в продаже стрелы не помешает.

— Тыже меня не выдашь? — с надеждой спросила я.

— Сама себя выдашь, моя помощь не понадобится, — уверенно ответил Робин и подмигнул.

Чёрт, и здесь он прав. Я так долго не смогу продержаться. Надо что-то делать. Для начала одеться. Отдала ему камзол, чтобы руки не распускал. Всё же решила ополоснуть грудь. Наклонилась к ручью, зачерпнула воды. Как хорошо-то!

Обтёрлась старой рубахой, начала бинтовать грудь. Робин с жалостью наблюдал за моими действиями.

— Зачем себя истязать? — хрипло спросил он. — Ты такая красивая девушка, Эмма.

— А иначе все узнают, что я женщина, — мой ответ не блистал интеллектом, но как ещё можно ответить на вопрос об очевидных вещах.

— Чем плохо быть женщиной?

— Робин, давай не будем сейчас вести философскую дискуссию, — начала я говорить и поняла, что забылась. Не может средневековая девчонка использовать в речи такие слова.

— Ну, и откуда ты знаешь такие слова? Не каждый дворянин знает, что такое философия и дискуссия, а уж объединить их вместе в предложение вообще непосильная задача, — Робин опять подозрительно уставился мне в глаза. Можно подумать, что под его взглядом я не смогу солгать. Сам-то он откуда знает все эти слова?

— Отец. Единственное объяснение всем моим странностям, — спихиваю всё на отца, которого не существует ни в этом мире, ни в моём. На глаза набежали слёзы, и так каждый раз, когда я вспоминаю об отце. Он много значил в моей жизни.

— Допустим, я тебе поверил…— начинает он таким тоном, что понятно, ни черта не поверил.

— Послушай, а тебе не всё ли равно? — раздражительно спросила я. — Какая тебе разница, откуда я всё это знаю? Ты каждому вольному стрелку задаёшь такие вопросы?

— Если считаю нужным, то задаю, — резко ответил он. — Эмма хватит раздражаться по пустякам.

Я застегнула куртку и собрала свои вещи в рюкзак.

— И вещи у тебя странные, — внимательно наблюдая за сборами, выдал он. — И сама ты загадка.

— Загадка Шервудского леса, — разулыбалась я и повернулась в сторону леса для того, чтобы возвратиться в лагерь.

— И заноза для Робина Гуда, — пробормотала себе под нос.

— Подожди, — схватил он меня за запястье и словно электрический разряд прошёл по телу. — Ты не можешь оставаться в братстве. Для тебя здесь опасно.