Книга Загадочная хозяйка Ноттингема, страница 112 – Инна Дворцова

Чего мне не хватает здесь? Многого, конечно, но вот душ не мешало бы придумать. С другой стороны, есть ванны из дерева. Тем более что частое мытьё вызывало подозрение у служителей церкви.

А прибавить к этому мои рыжие волосы и независимое поведение, и я стану первой ведьмой, которую сожгут на костре.

— Да не тряси ты так, — услышала я сквозь сон знакомый голос. Улыбнулась. Надо же, какой интересный сон. Самого шерифа не видела, а голос его слышала.

— Эмма, открой окно, — уже громче говорил голос сэра Гая. Я улыбнулась во сне. Какой он всё-таки настойчивый мужчина. Это черта характера мне определённо в нём нравилась.

— Просто попробуйте толкнуть его, — слышала я глухой голос, который вроде бы раздавался снизу. Я возмутилась и застонала. Разговоры прекратились.

Я спала, а мозг усиленно анализировал информацию. Ставни, я не закрыла и, кажется, сейчас какой-то наглец выламывает дорогущее слюдяное окно.

В Средневековье окна в домах были слюдяные. Они представляли собой очень интересную конструкцию - малые листы сшивались вместе, а дыры в больших листах зашивались малыми. Слюдяные листы на открытом воздухе становились мутными, но так как каждый лист состоял из большего числа листков, то ощипывание их позволяло верхние листы по нескольку раз обновлять. Такие окна пропускали не слишком много света и почти не защищали от холода.

От холода защищали ставни, оббитые мехом или сукном.

Мои ставни были с сукном, и я их благополучно забыла закрыть, чем и воспользовались воры. Воры? Сон, сразу как рукой сняло.

Но почему они тогда так странно ведут себя? Шумят, разговаривают и кажется, что ничего не боятся.

Затем окно дрогнуло и раскрылось, на пол кто-то спрыгнул. Я уже не спала и затаив дыхание ждала продолжения.

Неужели это опять выходки моих «братцев»? С появлением Робина, моя жизнь в Ноттингеме значительно усложнилась. Маленький Джон не доставлял больших хлопот. Жил и жил себе со своей Сесиль, никому не мешал.

Но, стоило появиться Робину, как события завертелись, как снежный вихрь,того и гляди похоронит меня под этой махиной.

— Эмма, ты не спишь? — Услышала я голос шерифа.

Да, что же это такое-то? Сколько можно? Всё! Зря я разрешила Робину остаться, завтра же вылетит из моего трактира.

Из окна пробивался слабый свет луны, и шериф казался олицетворением ночного кошмара.

— Сплю, и вам того же желаю, сэр Гай, — отозвалась я. — Дверь найдёте сами.

Он подошёл к кровати и сел рядом со мной.

— Эмма, я болван, — на полном серьёзе сказал он. — Я вёл себя сегодня, как осёл.

Мне, конечно, приятно было слышать такие слова от шерифа. Но слова, всего лишь слова. Мне нужны поступки. Много слов и мало действий – это не мой любимый формат отношений.

— Весьма самокритично, сэр Гай, — повернулась к нему я.

Он наклонился и нежно поцеловал. Необычные ощущения. Запустил руку под одеяло и дотронулся до бедра. Я вздрогнула.

— Руки убери, шериф, — строго сказала я. — Не люблю баловства. Меня братья заругают, что много тебе позволяю.

— Раньше любила, — игриво произнёс он и провёл рукой вверх до груди.

Я вздрогнула. Ласки шерифа до сих пор действуют на меня и он, это знает и пользуется запрещёнными приёмами.

— Раньше меня не меняли на другую девку, — я отодвинулась от него подальше, чтобы он не распускал руки. — Иди домой, шериф.