Книга Приворот для ревизора. Истинная поневоле, страница 34 – Оксана Волконская

И даже начали закрадываться в душу сомнения. Вдруг я неправильно поступила, когда его оттолкнула? Вдруг у нас действительно что-то получилось бы? Да, он меня обманул, вот только он все равно мне понравился. Несмотря ни на что. Даже с учетом того, что предложения он делает крайне сомнительным способом, да и вообще говорить не особо-то умеет, в том числе интересоваться моим мнением.

Но все эти мысли я старательно гнала от себя, напоминая одну простую истину. Если бы я действительно была ему нужна, он бы не отступился. И никакие мои отказы его не убедили бы. Он бы сделал все, чтобы меня добиться, влюбить в себя. Но никак не свалил бы в неизвестном направлении.

А именно это и сделал Брендон, предварительно пообещав, что я все равно стану его. Ну да, конечно. Он крайне последователен в своих действиях. Нужно просто вычеркнуть господина ревизора из своей памяти и жить дальше. И из своего сердца. Потому что, кажется, несмотря на все мои усилия, он все равно туда пробрался, негодяй!

Так прошли день, второй, а потом и неделя, другая. И вот уже от Брендона не было слышно ничего шестнадцать дней. Я не считала, вовсе нет. Делать мне больше нечего! Я вообще последние дни старалась побольше загружать себя работой. Так было и в этот раз, я собиралась заняться одним очень интересным зельем, когда меня вызвали к декану.

Вот только я меньше всего ожидала увидеть в кабинете Аманды знакомую физиономию ревизора. И вот чего он приперся? И без него замечательно жилось!

Я постаралась не обращать внимания на невольную радость, которая поднялась в моей душе при виде наглого ревизора. Это не я, это всего лишь предательское сердце, которое не хочет внимать доводам рассудка. А рассудок говорит — ничего хорошего у нас с Брендоном Салесом, графом Элистором не выйдет.

Вот только его взгляд, кажется, заглядывал в самую душу. Он смотрел на меня так, точно видел насквозь. И при этом не мог насмотреться.

— Добрый день, Алатея, — первым нарушил молчание Брендон.

— Добрый ли, господин Салес? — хмыкнула я. — Здравствуйте.

Как хорошо, что язвительность работает в любом случае, вне зависимости от того, в каком состоянии нахожусь я. Иначе бы так и стояла безмолвной овечкой. И почему только меня так волнует, что он обо мне думает?

— Я разговариваю с тобой, — парировал он. — Значит, однозначно добрый.

— Я бы поспорила, — в тон ему ответила я и перевела взгляд на госпожу Аманду. — Вы меня для чего-то звали?

— Я?! — искренне удивилась пожилая прохвостка. — Нет, мне от тебя ничего не требуется.

Вот ведьма-то! Если она так ведет себя со своими протеже, страшно представить, как страдают от нее враги. Аманда же, точно уловив мои мысли, тонко улыбнулась:

— Ну вы пока поговорите. Марианна, идемте в приемную, выпьем чаю. Не будем мешать.

И вот только сейчас я заметила, что в кабинете присутствовал еще один человек: молодая леди, которая была очень хороша собой. Настолько, что я почувствовала невольное раздражение: а она-то зачем здесь? И кем вообще приходится Брендону? Что им надо? Стоп! Что значит «не будем мешать»?

— Аманда, если вы… — возмущенно проговорила я, рассчитывая высказать все свое негодование и покинуть такую чудесную компанию. Но ведьма покачала головой:

— Выслушай его, Элли.

И ушла, утащив с собой загадочную Марианну. Мы остались вдвоем с Брендоном.