Книга Пленница Повелителя Василисков, страница 90 – Эмили Гунн

- Кого?! – окончательно потеряла я нить этих хитросплетений. – Адиллатисс не сын Ашеселлы?

- Еще чего! – возмутился Лион. – Многозубый Червь ей сын, а не мой племянник! Адиллатисс был рожден чудесной девой, которую даже я ценил за доброту и скромность. И которую эта тварь и уморила, небось, от зависти.

- Лио-о-он! – взмолилась я. – Не успеваю! Давай по порядку, а?

- У тебя четыре минуты, - предупредил Адиллатисс, войдя в темницу, где был заперт Амтомас.

- А почему не три? – не растерялся бывший наперсник повелителя, тяжело привстав с каменной скамьи, прибитой цепями к стене. – Помнится, ровно столько мы давали осужденным на попытку оправдаться перед тем, как обратить их в камень.

- Теперь уже три минуты, - холодно заметил Адиллатисс, достав из кармана и поставив на выступ в стене песочные часы.

Вообще там должна была бы стоять неугасимая свеча с магической лампадой вместо фитилька, но стражники посчитали, что опальному тунлиссу такая роскошь ни к чему.

- Знал, что я буду отшучиваться? Ну спасибо, друг, не пожалел для меня добавочной минуты! – безысходно хмыкнул Амтомас, переводя тяжелый взгляд на утекающий песок. – Что ты хочешь знать?

- Правду, - ответил повелитель, добавив почти сразу же, - твоюправду.

- Ко мне приходил кто-то из Девяти, требуя, чтобы я признался, где упрятал Длань, - рассказал Амто вовсе не то, что готовился выслушивать Адиллатисс.

- А ты ее прятал? – спросил он однако у Амтомаса.

- Нет, - отрицательно качнул тот головой. – Я, как и раньше, знать не знаю, где ваша любимая Лапа Подчинения.

- Я просил не оскорблять Длань подобными словами, - стал голос Адиллатисса еще жестче.

- М-да-а, когда-то ты просил… - протянул Амто, подчеркнув последнее слово.

- У тебя осталось немногим больше минуты, - не вдаваясь в воспоминания, напомнил Адиллатисс. – Кто именно из Девяти был здесь? Если, конечно, сказанное тобой – правда.

- Об этом я тоже без понятия, - нахмурился тунлисс. - Он был в капюшоне морока, с обезличивающей тьмой на лице и измененным голосом. Но думаю, тебе имя известно лучше, чем мне, раз ты всё же пришел сюда, - проницательно заметил василиск.

Адиллатисс молча отвернулся к песочным часам, многозначительно глядя на скатывающиеся вниз песчинки. Повисла тягостная тишина.

- Начни я оправдываться – ты бы и слушать не стал! – сорвался Амтомас на крик, почувствовав, что дело плохо. – Какой смысл, не имея доказательств своей невиновности, клясться, что я не причастен к покушению на тебя? Ты и так знаешь, что мне это было не на руку! Я мог бы назвать имя любого из своих недругов, если бы лгал сейчас. Или нескольких, чтобы отвестиот себя хоть ненадолго подозрения.

- А вмесс-сто этого ты предпочел рассказывать сс-сказки о василиске, использующем дары Тьмы? – прошелестели сердитые звуки в голосе повелителя, резко развернувшегося к приятелю.

- Вот именно, - мелькнуло ликование в глазах Амтомаса, - врал бы я более правдоподобно, не находишь?

Правитель хотел было что-то грубо возразить, но промолчал. Слова приятеля заставили задуматься.

- Хочешь честности, тогда давай прямо, - произнес тунлисс, уловив изменения в настроении Адиллатисса. – Я ведь не просидел бы тут столько времени, если бы не история с твоей девчонкой. Если бы не мой промах с ней, этот разговор бы велся иначе, не так ли?