Книга Опальная бывшая Тёмного наместника, страница 41 – Эмили Гунн

Максхер не сказал сейчас ничего такого, чего бы я не знала сама. Однако только сегодня подобная перспектива стала казаться мне реальной. А не чем-то смутно пугающим и далеким.

Жутко не хотелось сгибаться под его напористым запугиванием, а именно этим мне в данную минуту виделись уговоры шефа.

Однако деньги, которые я копила в Драконьем банке для переезда и поступления в Академию, можно было забрать лишь через много месяцев.

Плюс, уезжать и бросать любимое дело не ради учебы на перспективном факультете, а чтобы вернуться в Платиновый ад, было бы глупостью.

В довершение, надо сознаться, что мне туда вообще нельзя было возвращаться! И причину я скоро оглашу...

Да и в чем загвоздка-то в самом деле? В примитивной предвзятости жителей города? А не всё ли мне должно быть равно, если я честно зарабатываю свою денежку!

В итоге к кристаллу на перстне я дотронулась. Одним магическим ритуалом больше, одним -меньше… М-да, ничему меня жизнь, видимо, не учит...

"Вдобавок на этот раз меня и бросать-то некому", - съязвив про себя, я вчиталась в выплывший из самоцвета магический текста, мерцающий прямо в воздухе серебристо-серыми буквами.

Всё было прописано на редкость чётко и сформулировано без двойного дна.

И я подтвердила документ. Расписаться можно было, подхватив кончиком пальца жирную точку, парящую посеребренной жижей под последнем абзацем. Дальше я просто изобразила свой личный автограф с помощью этих неощутимых физически чернил.

Вероятно, надо было остаться и добраться до сути наших с Максхером обоюдоострых претензий.

Весьма может быть.

Но я ушла…

Доконал он меня. Надоел хуже своих лампадных светлячков, преследующих меня всюду!

И даже сильнее необоснованных упреков, то и дело доносящихся до меня со стороны зала ожидания. Кого-то там не вовремя принял врач. Кого-то якобы осмотрел спустя рукава. Кому-то не помогло лекарство, которое он пил раз через раз, вопреки строгим предписаниям в рецепте. И, разумеется, нашлись те пациенты, вместо кого мы приняли моих родных и близких, пропустив их по блату в обход очереди. Ну, это только по их словам, конечно.

- У меня нет родственников в этом городе! – громогласно объявила я, подоспев на помощь издерганным девчонкам с ресепшна. – Для меня вы все одинаково важны. Вот такая вот беда со мной, представляете? Никак не могу выбрать, кого же мне пропустить без очереди? А потому на свой страх и риск продолжаю принимать всех строгопо порядку! – слегка ошарашила я жалующихся. – А хотя нет. Некоторым я всё же иду на уступки. Речь об острых приступах, что нужно купировать безотлагательно! О тяжелобольных, а в некоторых случаях – о дамах в тягости и младенцах.

- Я тоже тяжело болен! – возразил мне какой-то бугай, выскочив из толпы притихших пациентов. – Вы только гляньте на мой живот. Меня же распирает от вздутия!

- А у меня крыло. Крыло! – взвизгнула моложавая демоница. – Знаете, как больно?

- Здесь у всех что-то да и болит, - осадила ее дама в летах. – Мы ж не вопим. Не мешайте лекарям работать, милочка.

- Вам легко говорить, - прогнусавил лопоухий гоблин. – Вы не маляр с переломом руки, - продемонстрировал он забинтованное предплечье, которое явно не могло вызывать острой боли и всего лишь требовало смены повязки.

- К тому же здесь никто и не работает! – воскликнула дама, сидевшая под ручку с плюгавым мужем. – Эта наша так называемая целительница всё утро провела в кабинете начальства. Небось они там… чаи распивали, пока мы мучаемся, - всхлипнула она. – Вы только гляньте на этот прыщ на моем носу! Разве такое можно долго терпеть?!