Книга Опальная бывшая Тёмного наместника, страница 40 – Эмили Гунн

И что, если сейчас он и сам выцепить не в состоянии, что же его так бесит? Это его извиняет или нет?

«Еще я психоаналитиком для вервольфа не работала!» - осеклась я, изучая глазами печатку Максхера для клятвенных записей.

Он так и сидел с протянутым ко мне пальцем, на котором сверкал родовой перстень.

«Хорошо, что поцеловать камушек не требует, как кардинал какой-нибудь!» - услышала я, как трутся мои зубы друг об друга в бессильной агрессии.

В последний раз, когда мне предлагали совершить нечто, прикладываясь к самоцвету, вышла какая-то мура… Болезненная притом. С долгоиграющими последствиями.

- Я не могу записать тебя, как лекаря, - правильно расшифровал Максхер мои сомнения. – У тебя нет диплома целителя. Как и соответствующей заживляющей магии. Даже бумаги о магическом даре зельеварки не имеется. Травоведение? Сращивание костей? Артефакторика? – перечислял он факультеты и таланты, присущие магам-врачам, и сам же всё опровергал: - Нет, нет и нет. Моя личнаяадъютантка, - предложил он под конец своих пояснений. – Это самое лучшее, что я могу дать тебе.

«Адъютантка? Личная, значит, - крутилось тем временем в моей голове. – Почему я слышу в этом слове совершенно другой, гораздо более прозаичный набор букв: секретатка… профурсетка, кокотка… Что же дальше вервольф мне предложит?»

- Что тебя так коробит? – пролегла морщинка меж его густых бровей, обрамляющих проницательные глаза.

- Звучит неважно.Напоминает, гризетку, - открыто призналась ему. – Была тут одна помощница у начальника Пожарной службы, помнится. Уволил ее, когда женился. Хотя, казалось бы, какая связь? А личная адъютантка главы Полицмейстеров уехать была вынуждена, так ее сплетнями заели. Хотя тоже, не совсем ясно…

- Я понял, - рявкнул Максхер. – Но я же жениться не собираюсь.

"Клёвое признание, - не могла я не отметить про себя. - Особенно в свете того, куда скатывалась наша дискуссия".

- Как это поможет сохранить мою репутацию? – наградила я его кривой улыбкой.

- Да брось! – полоснула меня его ответная улыбка ядом. – О какой репутации может идти речь? У тебя, у опальной волчицы, со скандалом покинувшей отчий дом?

На мгновение у меня перед глазами поплыло.

«Откуда ты знаешь?!» – захотелось закричать. Но вервольф сам ответил на мой немой крик:

- Я не наводил справок, как и обещал. Просто это яснее ясного. Я тоже вервольф. Знаю, как устроен мой родной мир. Пусть, в Сером клане никто не стал бы тебя чернить и отворачиваться из-за интрижки. А вот Платиновые вполне могли бы. У них порядки построже будут, - раскрыл Максхер свои догадки на мой счет. – Но рискну предположить, что твой случай – куда более безнадежный, чем простая огласка неудачного любовного опыта.

- То есть? – задержала я дыхание.

- Потеря твоей Волчицы, - и вздрогнула от резкого облегчения, напавшего на меня благодаря этой его фразе. – По такой причине куда больше волков-самодуров могли бы отринуть родную дочь.

- Так и есть, - вероятно, слишком поспешно согласилась я с ним.

- Позволь мне помочь тебе, Асина. Еще раз, - стал его голос вдруг снова мягким и вкрадчивым, как в былые дни нашего приятельства. – Если проверка объявит тебя чернорабочей, выполняющей дело лекаря, то меня оштрафуют. На огромную сумму. Но я это переживу. Тебя же вышлют с Амареза. Предварительно разыскав твоих близких и сообщив им, чтоб принимали назад неугодную здесь нарушительницу законов.