Книга Наследник для зверя, страница 92 – Анна Владимирова

— Устала жить ради чужой смерти, — пожала она плечами, усаживаясь со своей чашкой напротив. — Я не рассчитывала, что судьба мне вообще что-либо предложит. Но мне повезло. Хоть и ненадолго…

Мы помолчали, думая о своем.

— …Донна, я сочувствую тебе. Мистер Труффи сказал, что попробует взять опеку над Эриком.

— Да… — рассеяно кивнула я.

— Я просто хочу, чтобы вы знали, что как только Эрик окрепнет после потери, я покину вашу семью…

— Почему? — насторожилась я.

— Потому что сама я не справляюсь с потерей, — тихо ответила она. — А Эрик лишь напоминает мне о Тэо…

— Мне кажется, что вы не правы, — возмутилась я искренне. — Вы нужны Эрику. А он нужен вам. Не стоит отказывать себе и ему хотя бы в том счастье, которое вам доступно.

С каких это пор я решила, чтомогу учить кого-то как жить и что выбирать? Но мне показалось это несправедливым по отношению к ним обоим. Эрик и так натерпелся от потери отца, еще одну он может не выдержать. А такие потери не забываются. И понятно мне это стало только теперь.

— Мне кажется, что оборотням особенно тяжело даются расставания. — Голос мой осип. — Мы… чувствуем по-другому.

Теперь я это точно знала. И поняла, о чем мне сегодня говорила Робин, когда утверждала, что благодарна обстоятельствам. Ей повезло заменить свою потерю любимого другим. Но так везет не всем.

— Только я никогда не пойму эту разницу, — мягко возразила Ронни. — Но спасибо за твое участие.

Мы еще немного посидели в тишине, в которой очень явственно чувствовалось нечто общее, что объединяло нас — это горечь одиночества. Только вот Рон мог вернуться, а отец Эрика — уже никогда.

Когда пришло время все же разойтись по своим углам, я подняла взгляд на Ронни и уже открыла рот… но не решилась повесить на нее еще одну проблему. Она и так столько сил тратит на Эрика каждый день, еще меня не хватает контролировать с моими оборотами.

— Может, вы все же завтра переедете в дом, который мы смотрели?

Наши взгляды встретились.

— Хорошо, — кивнула она. — Если чувствуешь себя уверенно, чтобы остаться одной…

— Да, — закивала я. — Со мной все будет нормально.

Если бы!

Ронни кивнула и пожелала мне спокойной ночи.

Я просидела в кровати, глядя в окно почти всю ночь. Меня гипнотизировала темнота за окном и пустота внутри. Постель пахла Роном, и казалось, будто он рядом — обнимает, зовет к себе, снова просит остаться и никуда не уходить. Я вязла в нем, глаза слипались, сознание уплывало… и вновь я не могла разомкнуть рта, чтобы сказать, что не уйду.

— Я не уйду, Рон… — удалось, наконец, прошептать одними губами.

И я провалилась в сон.

Ночью поднялся такой ветер, что казалось, он продувает камни насквозь. И хоть камера ничем не напоминала древнюю темницу, звучала так же. Удобств тут практически не было — нужник в углу за каменной перегородкой, раковина там же и матрас у противоположной стены.

И это озадачивало. Я не натворил ничего такого, чтобы сидеть в этом месте вместе с убийцами и прочими преступниками. Но вопросов упорно не задавал. Да и задавать было откровенно некому. Охрана ничего не знала, а диалогов со мной не вели. Поэтому единственное, что объясняло все это представление — это наказание. Не было ничего хуже, чем сидеть в клетке без понимания, на сколько это все и каковы условия выхода из этого положения.