Книга Драконы Новы, страница 23 – Элис Кова

И все, что он просил взамен, — это их непреклонная и беспрекословная верность.

Он прошел мимо своих покорных подданных, направляясь к одному из средних домов. Ивеун даже не постучал, прежде чем переступить порог величественного однокомнатного шале. Тот, кого он искал, удивленно уставился на него из-за стола, который по качеству едва ли не мог соперничать с письменнымстолом Ивеуна. Почти соперничал.

— Доно. — Финнир встал, лишь согнувшись в низком поклоне. — Я не ждал тебя этим утром.

— Разве? — Ивеун сложил руки на груди, удлинив шаг.

— Милорд? — На лице Финнира отразилось смятение, которое чувствовалось в его магии. Он явно не посоветовался с шептуном²Дома Син. Или, что более вероятно, Петра не прислала никаких известий об авантюре Короля этим утром.

Ивеун отмахнулся от обвинений.

— Финнир, кому ты верен?

— Мой Король, я верен только тем, кому я был верен всегда, — вам и Дому Рок. — Его брови цвета потускневшего золота сошлись вместе, прочертив линии на его пудрово-синей плоти.

— У меня нет времени для допроса. — Ивеун преодолел оставшееся расстояние до стола напротив другого человека. — Гильдии в Луме все еще сопротивляются мне. А те, что не сопротивляются, еще не полностью приняли систему, которую я пытаюсь им навязать, — систему, которая является единственным препятствием на пути к тому, чтобы мир внизу был потерян для их собственных устройств, поскольку они высасывают из земли все до последней капли.

— Никто не понимал всей серьезности этого так, как я.

Финнир был умным и находчивым. То, чего ему не хватало в физической силе, он восполнял душевной стойкостью. Это было единственное, что сохраняло ему жизнь на протяжении последних десяти лет. Другой пользы от него семье точно не было. Хотя Ивеун нашел творческое применение своим талантам.

— Я не могу сражаться на два фронта. Я не могу уделять Луму столько внимания, сколько ему нужно, когда меня раздирают изнутри.

Финнир побледнел почти до белизны Фентри. Он слышал все многослойные смыслы слов Ивеуна. После кражи схем они не были в хороших отношениях.

— Чем я могу служить тебе, Доно? Ты — наш единственный истинный Король.

— Надеюсь, ты в это веришь, — подтолкнул Ивеун.

— Ты — все.

Доно верил в это. Без него Финнир давно бы умер. Ивеун знал, что в его руках ключ к будущему, которое искал Финнир. Для Дракона это была позорная сделка — добиваться власти и престижа не на узаконенных поединках. Но Финнир был Син, а Сины ставят цель выше средств, используемых для ее достижения. Они готовы вырезать себе глаз и продать его Харвестеру, лишь бы это пошло на пользу их целям, и именно так Ивеун оказался в этом затруднительном положении.

— Видишь, какое положение я занимаю, Финнир, и когда-нибудь ты получишь то, чего желаешь. — Глаза мужчины загорелись при виде такой перспективы. Само существование Финнира зависело от Ивеуна. Но будущее Короля лежало на плечах младшего Дракона. Брат Петры'Оджи, тот, кто унаследует Дом Син по крови и по рангу, если он каким-то образом победит свою сестру в поединке или если Петра и Кварех внезапно и таинственно будут найдены мертвыми. — А пока мне нужно, чтобы ты поговорил со своей дорогой младшей сестрой. Мне нужны ответы.

Финнир сделал паузу. Петра была той сущностью, упоминание о которой спустя более десяти лет все еще приводило его в уныние. Стыд был просачивающейся раной, и Ивеун надавил на нее, чтобы получить желаемое.