Книга Свобода, страница 35 – Кей Си Кин

— Я вернусь за тобой через несколько часов, женушка. Я отвезу тебя забрать твои вещи в Туз, а потом мы сможем обсудить наше будущее и привести тебя в порядок. Я не знаю, чем ты занималась, но выглядишь ты чертовски паршиво.

Мои ладони прижаты к двери, голова втянута в плечи. Этого не может быть. Я убила человека, я выжила, и все ради этого. Я не могу сдержать крик, который обжигает мне горло, когда я падаю на пол.

Я ушла из логова одного монстра, что бы попасть в логово другого.

Мой взгляд падает на сложенный листок бумаги на полу, и я разворачиваю его, чтобы увидеть воспоминание, которое хочу забыть.

ПРАВИЛА МАТЕРИ ДЛЯ ДЖЕССИКИ

1) Быть увиденной, но не услышанной.

2) Всегда одевайся соответственно.

3) Избегай углеводов и сладких продуктов.

4) Всегда будь доступна мужчинам.

5) Дети — это ожидание.

6) Ты — трофей.

7) Избыточный жир в организме недопустим.

8) Всегда обращайся за советом к своему мужу.

Думаю, это была та версия меня, которой я всегда должна была быть. Податливая и оболочка моего истинного "я".

Солнце проникает сквозь голые окна, но я по-прежнему понятия не имею, который час. Не помогает и то, что сейчас начало декабря, с темными, долгими ночами. Я знаю только, что сейчас солнце встает после семи утра, но я не уделяла достаточно внимания тому, когда это произошло на самом деле.

Оставшись одной, кажется, на пару часов, я продолжаю мысленно прокручивать жизнь, которой я жила до того, как забралась на заднее сиденье машины, и до мертвого взгляда парня, которого я застрелила.

Что пугает меня сейчас больше всего на свете, так это то, насколько оцепенелой я себя чувствую из-за убийства человека. Я знаю, что он причинил бы мне боль, если бы я не начала действовать первой, но я все равно забрала чью-то жизнь. Я пока не знаю, что я чувствую по поводу всего этого.

С другой стороны, я тоскую по своим ребятам. Маверик и Оскар прекратили ссориться до того, как причинили друг другу слишком много боли? Уэст так же пострадал от воздействия своего секрета, как и я? А как насчет Эйдена?

Опускаю голову на руки, все это больше не имеет значения. Нет, если я хочу спасти жизнь моего отца. Каждый раз, когда я вспоминаю слова моей матери и тот факт, что она ожидает, что я выйду замуж за Риса, меня тошнит. Наверное, не помогает и то, что я не ела целую вечность. Я причиняю себе больше боли, чем она, потому что позволяю себе возвращаться к старому. Позволяя ей диктовать мне жизнь.

Открывающийся дверной засов нарушает ход моих мыслей, и, хотя каждый дюйм моего тела болит, я вскакиваю на ноги. После того, как я кричала изо всех сил ранее, я нашла дорогу к матрасу. Казалось, никто меня не слышал, и с тех пор я не двигалась. Отказываясь смотреть в зеркало в ванной и видеть, в каком я состоянии. Это только сделает все это реальностью, а я к этому не готова.

Оглядывая себя сверху вниз, я уже знаю, что покрыта запекшейся грязью и кровью, а порезы и синяки в основном покрывают мои ноги и лицо.

Дверь распахивается, когда я провожу руками по бедрам, и мое сердце замирает, когда я вижу Риса. Его глаза изучают меня, как всегда, и я чувствуюсебя так же неловко, как и всегда.

— Где моя мама? — Я спрашиваю, и он просто пожимает плечами в ответ.

— Уехала домой, я полагаю. Ее не впечатлило, что тебя было нелегко найти. Она планировала увидеться с тобой вчера вечером и улететь домой следующим рейсом.