Книга Честная игра, страница 23 – Патриция Бриггз

Чарльз ждал, что скажет отец. Его волк был взволнован и несчастен, а это означало, что он не мог усидеть на стуле, которое мешало ему двигаться.

— Асил придирался ко мне из-за тебя, — проговорил отец.

— Асил? — Чарльз не особенно нравился Асилу. И он даже не видел Асила пару недель. И если подумать, это немного странно в таком маленьком городе, который можно объехать за несколько минут.

— Естественно, в этом виновата Анна, — продолжил его отец.

Чарльз собрался с духом. Анна знала, что кто-то обязан поддерживать порядок и почему это должен быть он. Просто она думала, что его благополучие важнее. Анна ошибалась, но ему нравилось, что она о нем заботилась. Однако, если ее упрямство вынудило Брана послать кого-то другого, с этим нужно разобраться. Только Чарльз, как сын маррока и давний специалист по устранению проблем, мог снизить уровень насилия до незаметных для общества стандартов. Репутация Чарльза и Брана удерживали стаи от войны и защищали своих, когда кому-то нужно умереть.

— Я знаю, чего она добивается. Но Анна неправа. Братец волк не пробует вырваться на свободу.

— Нет, — мягко согласился его отец. — Но твой дедушка сказал бы, что тебе нужно очиститься от всех тех призраков, которых ты носишь с собой.

Чарльз вздрогнул. Ему следовало знать, что его отец поймет, что с ним происходит. Бран не был духовным человеком, Чарльз почти уверен, что его отец не мог видеть призраков так, как видел дедушка. Но Бран умел заглядывать в самую суть вещей, когда хотел.

— Я пытался, — сказал Чарльз, чувствуя себя подростком. — Голодание и парилка не помогли, как и бег, и плавание.

— Ты держишься за них, потомучто не чувствуешь, что их смерть была справедливой.

Чарльз слегка отвернул голову и опустил глаза, но не полностью отвел взгляд.

— Не мне определять закон, только выполнять его.

Бран нахмурился на него, не то чтобы он был недоволен, просто задумался.

— Я разговаривал с Адамом Гауптманом.

Чарльз поднял брови и спросил сухим тоном:

— Адам тоже беспокоится обо мне?

— Адам беспокоится о своей паре, которая травмирована, капризничает и буйствует, — ответил его отец. — Поэтому он не может справиться с довольно сложной ситуацией.

Чарльз не понимал, к чему идет этот разговор, поэтому молчал. Отцу все равно нравилось слушать свой голос.

Старый хитрец вздохнул, потянулся и положил ноги на стол — это означало, что с ним разговаривает его отец, а не марок.

— Я ломал голову — не говоря уже о требовании Асила — над тем, как облегчить тебе работу.

Отец говорил так, будто ситуация Адама имела какое-то отношение к ситуации Чарльза, хотя он не мог понять, каким образом.

— Я справляюсь.

Бран нахмурился.

— Нет. Становится до боли очевидным, что все мои решения тебе не помогли.

Бран несколько мгновений молчал, просто изучал лицо сына, словно увидел его впервые, а не смотрел на него каждый день с тех пор, как Чарльз стал взрослым почти два столетия назад.

— Я не могу послать кого-либо другого следить за соблюдением правил, но с этого момент смягчаю наказания за многие нарушения. Надеюсь, что это даст возможность альфам самим разбираться с проблемами и не просить нашей помощи. — Он поднял руку, подавив протест Чарльза. — Я знаю, что могу отправить в бой только тебя. Но если ты дрогнешь, останусь только я, а я себе не доверяю. Поэтому необходимо, чтобы ты не сломался. Любой, кто изменился менее пяти лет назад, получит одно предупреждение. Асил такой же пугающий, как и ты, и он не альфа. Он вызвался пойти и напугать до полусмерти молодых идиотов, которые нарушают правила в первый раз.