Книга Честная игра, страница 22 – Патриция Бриггз

— Вы играете с нами в хорошего и плохого полицейского? — уточнил Джим Пирс.

— Доминирующие оборотни плохо ладят с окружающими, — объяснила им Анна. — Если вы сыграете в мою игру, мы все станем немного счастливее. — Она бросила строгий взгляд на Сингха, который выглядел наименее счастливым. — Если бы встречались с министром иностранных дел Китая, разве вы не послушали бы кого-нибудь, кто дал бы вам несколько советов по китайским манерам? Думайте об этом в таком ключе.

Держа в руке две подставки для стаканчиков кофе, Чарльз шагал через переполненный вестибюль отеля. Он так спешил, что даже не обратил внимания на то, как все уходили с его пути, или на пустой лифт, который доставил его на третий этаж, где должна состояться встреча с федералами. Только когда мужчина на третьем этаже шагнул к открывшимся дверям лифта, но тут же отступил на три шага и, настороженно посмотрев на Чарльза, сразу бросился к лестнице, до него дошло, что реакция людей на него немного необычна.

Чарльз был крупным мужчиной и индейцем. Ему больше века, и лишь изредка он считал себя коренным американцем. Когда вообще задумывался об этом, то считал себя полукровкой салиши или Плоскоголовым. Из-за высокого роста и родословной люди обычно избегали его, особенно в местах, где индейцев редко можно встретить. Это не их вина, в природе человека бояться неизвестного, особенно когда оно приходит в облике крупного хищника. Бран сомневался в этой теории, но Чарльз был почти уверен, что где-то в глубине души большинство людей узнают хищника, когда его встречают.

Сэмюэль утверждал, что людей пугало не его крупное телосложение и индейское наследие матери, а исключительно выражение его лица. Чтобы проверить теорию брата, Чарльз попробовал улыбнуться, а затем торжественно сообщил Сэмюэлю, что тот ошибся. Потому что когда он улыбнулся, люди просто бежали быстрее.

Только Анна оценила его чувство юмора.

Люди не шарахались от него, когда Анна была рядом с ним. Но сейчас, когда человек, на которого Чарльз не смотрел, отступал от него, как будто у него в руках заряженный пистолет, а не стаканчики с эспрессо и латте, ему казалось, что его реакция чересчур острая. Чарльз вышел из лифта и двигался медленно, чтобы мужчина не подумал, что он бросается в погоню.

Братец волк считал, что это может быть забавно, и направил ему мысленную картину человека, в ужасе бегущего через вестибюль, а Чарльз вприпрыжку несется за ним, все еще держа дурацкое кофе. Потому что Анна заказала горячие напитки для всех, и он проиграл пари.

Поэтому он специально шел медленно по коридору, вместо того чтобы гнаться за добычей и рвать зубами сладкое, пропитанное кровью мясо. И воспользовался лифтом, вместо того чтобы бежать вверх по узкой лестнице, где кто-нибудь мог врезатьсяв него и расплескать кофе.

Бран сошел с ума, решив отправить его на такое задание, когда Чарльз был так близок к тому, чтобы сорваться. Даже невежественный человек мог сказать, что с ним что-то не так. Чарльз понял это, когда пришел на ланч к отцу домой и застал его, готовящего блинчики на большой кухне.

Только после того как они поели, отец направился в кабинет. Бран закрыл дверь, сел за свой стол и поджал губы, одарив Чарльза своим взглядом типа «У меня есть для тебя работа, и ты не будешь счастлив этому». У отца часто появлялось такое выражение на лице. Когда он хотел поговорить с Чарльзом наедине, это редко бывало приятной беседой.