Книга Голод, страница 73 – Лора Таласса

Жнец резко останавливает коня, и я почти чувствую, как игриво он настроен. В тот самый миг, когда он собирается спрыгнуть с лошади, я хватаю его за бедро, впиваясь пальцами в мышцы.

– Пожалуйста, что бы ты ни собирался делать, не делай этого, –тихо говорю я.

Голод наклоняется к моему уху.

– Это же самое веселье, цветочек. Ну-ка, пусти.

Он вырывается из моих рук, спрыгивает с коня, и я остаюсь сидеть в седле одна.

Голод в мгновение ока выхватывает свою косу и приближается к семье. Его сапоги зловеще похрустывают по гравию подъездной дорожки. Вид у него устрашающий. Достаточно посмотреть на него несколько секунд, чтобы с неизбежностью стало ясно: это не земной человек.

Как только Жнец шагает вперед, его люди окружают хозяев дома.

О господи!

Мальчики, до сих пор стоявшие с угрюмым видом, теперь выглядят испуганными, а супружеская пара просто в ужасе. Только старуха не поддается страху: у нее скорее вид покорности судьбе, словно она уже видела все это раньше.

Голод подходит к семье вплотную и заносит над ними косу. Он стоит ко мне спиной, но я все равно напрягаюсь.

– Добро пожаловать в наш дом, – заикаясь, произносит женщина.

– Вашдом? – переспрашивает Жнец так, словно не верит собственным ушам, и качает головой. – Боюсь, мои люди обманули тебя, если представили меня как гостя.

Я закрываю глаза. Не могу на это смотреть.

– Кажется, нужно внести ясность, – продолжает он. – Ребята?

Крик матери становится для меня последней каплей.

– Стойте! – говорю я, открывая глаза.

Да, крик матери был первым толчком, но сейчас меня неотразимо притягивает взгляд бабушки. Мы встречаемся с ней глазами, и ее взгляд говорит: «Да что ты можешь сделать, девочка? Нельзя же вступать в единоборство с бурей и надеяться на победу».

Люди Голода не обращают на меня внимания. Пока я пытаюсь слезть с коня, они уже уводят всю семью.

Голод поворачивается ко мне, его глаза сужаются.

Я все еще пытаюсь выбраться из седла, что с раненым плечом совсем нелегко. В конце концов я падаю с коня и вскрикиваю, ударившись о землю.

Жнец направляется ко мне. Вдалеке слышны голоса хозяев дома, громче и громче. От этих звуков у меня все сжимается внутри. Никто не думает, что жизнь может так быстро измениться к худшему… пока это не случается.

Даже я не ожидала такого, а уж мне ли не знать, как это бывает.

Подойдя ко мне, Голод грубо поднимает меня на ноги.

– Попробуй еще раз помешать мне, и я сделаю так, что будет намного хуже, – обещает он.

Я вздергиваю подбородок.

– Пошел ты.

В ответ он хватает меня за запястье здоровой руки и тянет к двери ранчо. Крикивдалеке уже достигают крещендо. Я вся дрожу, меня переполняет страх и безнадежность. И еще гнев. Тлеющий праведный гнев.

Голод пинком распахивает входную дверь. За ней стоят его люди.

– Соберите жителей этого города и найдите такое здание, чтобы они все там поместились, – объявляет Голод. – Сегодня вечером я хочу, чтобы в мою честь был устроен праздник.

Меня бесцеремонно затаскивают в комнату.

– Будешь сидеть здесь, – говорит Голод.

– А то что? – с вызовом спрашиваю я.

Всадник подходит ближе.

– Сиди здесь.

– Заставь меня.

Он кривит рот в зловещей улыбке.

– Отлично. Только помни: ты сама напросилась.

Прежде чем я успеваю вникнуть в смысл его слов, Голод снова хватает меня и тащит к кровати.