Книга Смерть, страница 197 – Лора Таласса

– Мор! – орет Голод. – Уноси задницу из этого дома!

Но Мора не видно, и если он и слышит Жнеца, он его не слушается.

Мертвая женщина на шоссе поднимается. Развернувшись, я вижу позади и другие встающие трупы. Чем дольше смотрю, тем больше вижу – в зданиях, на прилегающихулицах. Мертвые восстают, обратив к нам гниющие лица.

Несколько секунд они просто тупо смотрят. А потом бросаются на нас, все как один.

Страшный суд проходит в Городе ангелов, ни больше ни меньше.

Крепче сжимаю кинжал, глядя на атакующих мертвецов. Пару минут назад оружие казалось мне излишним, теперь одного ножа мне вроде как недостаточно.

Считаю противников: один, два, три, пять, восемь, десять, двенадцать, пятнадцать… И новые продолжают прибывать.

– Готовься, – бросает Война, глядя на трупы.

Напрягаюсь, поднимая оружие. Жнец взмахивает косой еще раз, со зловещим свистом рассекая воздух.

И тут на нас обрушиваются мертвецы.

Неупокоенные, оскалив зубы, набрасываются на Войну и Голода. Они куда страшнее, чем те трупы, что нападали в Сан-Антонио, когда Смерть пытался захватить меня в плен в первый раз. Те были мертвы всего несколько минут. Эти существа прогнили насквозь, их кожа, разложившаяся, изъеденная, покрыта трупными пятнами и слезает пластами.

И они воняют. Та малость, что я проглотила утром, просится наружу.

Меня выворачивает наизнанку, но неупокоенные, к счастью, не обращают на меня внимания, иначе я наверняка бы осталась без пары-тройки конечностей. Зомби просто огибают меня, вся их ярость полностью сосредоточена на братьях Смерти.

Война смеется, когда они приближаются. Смеется и рубит мертвые тела, отсекая руки, перерезая сухожилия. Свернувшаяся кровь и ошметки плоти летят во все стороны.

Я вступаю в схватку, несмотря на то что меня продолжает мутить от вида и запаха неупокоенных. Отрываю одну мертвячку от Голода, пинаю ее в грудь.

Тело с омерзительным звуком ударяется о землю, и я морщусь, но тут же замахиваюсь на следующего зомби.

– Режьте руки и ноги, – приказывает нам Война. – Наша цель – обездвижить их, сделать бесполезными. Убивать не будем, да это и бессмысленно.

Гляжу на плечистого всадника, размахивающего мечом как бейсбольной битой, прорубаясь сквозь ряды противников. И стараюсь не смотреть, как трупы разваливаются на части.

Более тошнотворного зрелища я в жизни не видела.

Война ловит мой взгляд – и кивает на мой клинок.

– Он перерубит и кости, но я бы метил в суставы, – непринужденно советует он и тут же хватает за шею прыгнувшего ему на спину мертвеца, швыряя его в других подступающих зомби и сбивая их, точно кегли.

– Представь, что разделываешь индейку, – продолжает Война, а с другой стороны от меня Голод раскручивает свое оружие, скашивая окружившие его трупы.

Бросаюна Войну испуганный взгляд, одновременно вонзая нож в плечо ближайшего неупокоенного.

– Никогда больше не буду есть мясо.

Война свирепо ухмыляется и вновь переключает внимание на атакующих.

Я целюсь в суставы, режу плечи, локти, запястья, разлагающаяся плоть легко распадается под клинком, кровь и прочие неаппетитные соки мертвецов заливают меня.

Они не люди. Они не люди, –то и дело напоминаю себе.

Мертвые продолжают прибывать, хотя вокруг нас уже скопились горы извивающихся изломанных тел.

Вдруг замечаю Мора на крыше того самого здания, которое он присмотрел. Там всего несколько неупокоенных, и на моих глазах всадник сталкивает одного вниз, и труп летит с высоты, кувыркаясь. Но по стенам уже карабкаются новые зомби. Многие срываются на половине пути, однако многие продолжают ползти дальше.