Книга Горячий шоколад в зимнюю ночь, страница 49 – Софи Анри

– Расскажи о себе, Тина. – Мама взяла столовый нож и начала разрезать омлет, забавно оттопырив мизинец.

От этого зрелища мне стало смешно. Она никогда раньше не использовала нож для яичницы и обычно орудовала только вилкой, но сейчас, при Тине, которая была олицетворением утонченности, пыталась строить из себя утонченную аристократку.

– Я учусь на третьем курсе, изучаю историю искусства, хожу в театральный кружок, работаю в библиотеке, люблю бег, танцы и животных, – выпалила Тина и застенчиво улыбнулась.

– А как вы с Закари познакомились? Вы кажетесь такими разными.

Мамаперевела взгляд с Тины, которая даже в моей старой растянутой футболке с логотипом группы Led Zeppelin выглядела как принцесса Монако, на мои татуировки и неодобрительно покачала головой. Она до сих пор не могла простить мне то, что я сотворил с собственным телом. Но она даже не подозревала о том, что в этом я винил ее и тоже не мог простить.

– Моя соседка по общежитию начала встречаться с его соседом, вот мы и познакомились благодаря им. Сначала просто дружили, а теперь вот… – Тина посмотрела на меня, вопросительно приподняв бровь, будто ожидала от меня поцелуя или объятий, но я лишь подмигнул ей и слегка улыбнулся.

Мама знала, что я не люблю проявлять чувства на людях, и если бы я полез к Тине с нежностями, то заподозрила бы неладное.

– Дружили? – скептически переспросила мама, медленно пережевывая. – Мой сын такой затворник, что порой кажется, он вообще ни с кем не общается.

За столом повисла неловкая пауза. Рири с обидой посмотрела на маму, будто та нанесла ей личное оскорбление, а я лишь крепче сжал вилку и, нахмурившись, опустил взгляд на тарелку с едва тронутым омлетом.

– Это не так, – прохладным тоном ответила Тина, нарушив неловкую тишину. – Да, Зак не общается со всеми подряд, но те, с кем он дружит, очень любят его и дорожат им.

Я чуть не подавился едой. Это она о ком? О Рэйдене и Айви или о себе?

В груди закопошилось желание, чтобы она имела в виду себя.

– Я рада, что у моего сына есть верные друзья и такая прекрасная девушка.

Мама, казалось, говорила абсолютно искренне.

Остаток завтрака она продолжала болтать с Тиной. Та, нужно отдать ей должное, вела себя довольно непринужденно и сумела завоевать симпатию и Рири, и моей матери. Я почти не разговаривал, что было обычным явлением, поэтому меня никто не трогал.

Я уже хотел порадоваться, что все прошло гладко и мы с Тиной через часок-другой вернемся в кампус, но, после того как Рири ушла к подружке, живущей этажом выше, мои планы обернулись крахом.

– Ребята, – произнесла мама, когда усадила нас на диван, а сама устроилась в кресле напротив. – Понимаю, эта тема очень неловкая, но я, как мать Закари, должна призвать вас к осторожности.

Я переглянулся с удивленной Тиной и с подозрением посмотрел на маму.

– Ты о чем?

– О сексе, конечно. Надеюсь, вы серьезно к этому относитесь и предохраняетесь.

Тина замерла,а я с тяжелым вздохом уронил голову на сцепленные в замок ладони.

– Maman, ты же в курсе, что твоему сыну двадцать три? Ты опоздала с половым воспитанием лет так на восемь.

– Твоему кузену было двадцать один год, когда Кей…

– Замолчи, – звенящим от напряжения голосом сказал я, подняв голову, но стараясь избегать взгляд Тины. – Не смей продолжать.