Книга Изгнанник Ардена, страница 104 – Софи Анри

– Побег Эмиля стал еще одной причиной ярости отца. Он всеми силами скрывал это от аристократов Аталаса, но Стефан, подкупивший прислугу, знал, что брат давно покинул город. Когда я заявила, что лучше добровольно пойду на плаху, чем стану его фавориткой, он пригрозил найти Эмильена и убить его. Ему не нужны были наследники рода Ришель. Он хотел забрать себе все богатства моей семьи, а сделать это законным путем он мог, только женившись на мне. Я была разбита, напугана, сбита с толку, поэтому его угрозы возымели на меня желаемый эффект. Я согласилась на его условия, и он подстроил пожар в летней резиденции, в котором якобы погибли мои родители и брат. – Адалина издала нервный смешок. – Как он сказал позднее, дарование Эмильену свободы от бремени фамилии Ришель и титула лорда через его фальшивую смерть – это подарок мне на будущую свадьбу.

– Ты собиралась сбежать к брату? – спросил Тристан.

Она покачала головой и совсем поникла.

– Я не знаю, где Эмиль. Он обещал, что будет писать мне, но со дня его побега я не получила ни весточки. Я осталась одна, и свобода – единственное, что у меня есть. Вот и вся правда, Тристан. – Адалина подняла голову и встретилась с его взглядом, в котором читалась доля сочувствия.

– Почемуне призналась сразу?

– Я не доверяла тебе, как и ты мне. Но я ни разу тебе не солгала. Просто недоговаривала.

– А теперь доверяешь?

Адалина изучала выразительные черты его лица. Когда она, будучи маленькой девочкой, впервые увидела его, Тристан был еще совсем юн. Взрослые женщины шептались у него за спиной, что он красив как девица, но все равно желали провести с ним ночь. Тогда она еще не понимала истинного смысла их слов – пришла к этому позднее. Теперь Тристан возмужал. И хотя он был все также непростительно красив, его черты стали жестче и грубее, а короткая щетина придавала мужественности, которая вкупе с невероятным обаянием делала его самым желанным мужчиной на Юге и Западе.

– Адалина?

Она вздрогнула. Осознав, что он поймал ее за разглядыванием, она почувствовала, как к щекам прилил жар.

– Я хочу доверять тебе, – честно призналась она. – Но есть секреты, которые могут меня погубить.

Тристан вновь подошел к ней и склонился над креслом, уперев руки в подлокотники.

– А если я разгадаю твои секреты, что тогда?

Он зачарованно смотрел на ее губы, и Адалина, не сдержав порыв, облизнула их.

– Я окажусь в твоей полной власти.

– Ты хочешь этого?

– Я желаю только свободы.

Тристан печально вздохнул.

– А что для тебя свобода? Для всех она разная.

– Жить без страха, управлять своей судьбой и делать осознанный выбор без чьей-либо указки – вот что для меня свобода.

Глаза Тристана заволокла тьма, которая с каждым днем все глубже утягивала Адалину в свой омут. Он ласково обхватил ее шею горячей ладонью и приблизился к губам. Они делили одно дыхание на двоих, но Тристан не торопился преодолевать крошечное расстояние – оставил право выбора за Адалиной.

Ее рот наполнился слюной от воспоминания о сладости его поцелуев. Сегодня вечером она отвечала на них. Это был ее выбор. Но продиктован он не холодным рассудком, а слабостью. Слабостью, которая грозилась разрушить ее, если она продолжит идти у нее на поводу.

Адалина отстранилась, чувствуя тяжесть на сердце.

Тристан слабо улыбнулся и, убрав руку, отступил на несколько шагов.