Книга Все темные создания, страница 110 – Паула Гальего

Я пытаюсь встать, отчаянно готовясь к новой схватке, но чудовище вновь атакует. На этот раз оно нависает надо мной. Его лапы по обе стороны моего лица, хвост яростно бьёт землю у моих ног, а пасть широко открыта над моей головой, издавая победный рёв.

Чувствую себя глупой, думая, что смогу защититься. Я даже трёх секунд не простояла.

Зловещий голос нашёптывает, что следовало бросить Нириду, ведь теперь мы обе умрём напрасно. Моя самонадеянность погубит меня.

Я не молюсь. Я просто цепляюсь за страх и беспомощность. Позволяю им заполнить меня, раскаиваюсь в своей дерзости и вновь поднимаю меч, когда хиру склоняет свою ужасающую голову ко мне. Его когти останавливают меч, сжимаются вокруг него с ужасным треском, деформируя металл. Я чувствую, как на моё лицо и шею стекает кровь, но это, похоже, нисколько не волнует тварь.

Хиру снова кричит, и на этот раз его гнилое дыхание ударяет мне в лицо, взъерошивает волосы и наполняет всё вокруг отвратительным зловонием, перенося меня в мир кошмаров.

Он мог бы съесть меня. Мог бы откусить моё лицо, выпустить кишки, разорвать на части… И всё же он ждёт, словно сияющий ряд зубов — это улыбка, как будто он наслаждается происходящим.

Я не могу сдвинуть меч. Пытаюсь пошевелиться, но хиру хватает зубами воздух, не давая мне возможности вырваться.

Я продолжаю слышать молитвы Нириды, и смутная мысль пробегает в моей голове: она молится языческим богам, а не богу Львов. Хотя это уже не имеет значения.

Когти твари всё сильнее сжимаются на мече. Хвост так яростно бьётся, что, когда он обвивает мой голеностоп, я ощущаю, как кожа разрывается. Хиру выгибает спину, растягивает свои уродливые суставы и откидывает голову назад.

Какая-то примитивная часть меня понимает, что он закончил игру и настало время еды. В последней попытке защититься я отворачиваю голову — единственное, что мне остаётся. В этот момент я замечаю, как в смутном отражении времени мелькает красный отблеск, прядь волос, которая должна быть чёрной, как у Лиры. Может, близость смерти сводит меня с ума и погружает в бред. Но нет времени думать об этом, потому что в тот же миг хиру завизжитснова, и теперь в этом жутком звуке слышится не радость, а боль.

Отвратительный запах горелой плоти заполняет всё пространство, и я слышу шипение. Мой взгляд возвращается к хиру, к мечу и его когтям, которые плавятся и исчезают в металле.

Я настолько поражена, что не могу думать ни о красной пряди волос, ни о мече, который казался таким слабым в его лапах. Я даже не могу моргнуть.

Я с ужасом наблюдаю, не понимая, что происходит, пока тварь не отпускает меня и в одно мгновение исчезает в лесу елей.

Я считаю секунды, лежа на земле.

Один. Два. Три.

Считаю снова и снова, пока дрожащие руки хватают меня за плечи и помогают подняться.

— Лира, — шепчет Нирида. Эхо её молитв о быстрой смерти всё ещё звучит в моём сознании. Я трясу головой, словно пытаясь вытряхнуть это чувство. — Лира. Вставай.

Я поднимаюсь на ноги, пошатываюсь и только тогда осознаю, что она нуждается в моей помощи, чтобы идти дальше. Обхватываю её талию рукой и, собрав последние силы, начинаю двигаться.

Оглядываюсь лишь раз, потому что больше не хватает смелости сделать это снова.

Затем, пока мы удаляемся, я опускаю глаза на свои спутанные и запачканные грязью волосы: абсолютно чёрные, как и должны быть.