Книга Опасная игра леди Эвелин, страница 94 – Виктория Богачева

Хорошая новость все же была.

— За Эзрой следят. Я нанял людей, и Эван... мистер Эшкрофт приставил к нему жандармов. Так что он под контролем, — довольно унылым голосом закончил Беркли свой сухой рассказ, больше похожий на отчет.

— Он ведь не дурак, — я зябко повела плечами. —Не будет никуда лезть сам.

— Не будет, — мужчина скривил губы. — Но мне спокойнее от того, что Эзра под наблюдением. А теперь я все же откланяюсь. Вы должны отдыхать и набираться сил, — он сказал это непреклонным голосом, но я и так не намеревалась спорить.

Пожалуй, некоторая безысходность услышанных новостей прибила меня, и я вновь почувствовала разом навалившуюся усталость. И потому я поднялась, чтобы проводить Беркли в холл, а когда вернулась, то увидела, что сестра Агнета по-прежнему дожидалась меня в гостиной.

— Вы считаете, я поступила неправильно? — спросила я напрямик, припомнив все те странные взгляды, что ловила на себе.

Она печально покачала головой.

— Мы не вправе судить людей, не поносив их сапог. Не прожив их жизнь.

Но что-то в ее голосе подтолкнуло меня продолжить.

— И все же?

— Вы мне очень нравитесь, Эвелин, — сказала она мягко. — И я очень сочувствую тому, что вы пережили, потому что далеко не каждый выдержал бы такое... Но вы не сломались. Но я хотела бы, чтобы Ричард был тоже счастлив. Он это заслужил.

— Вы думаете, он будет несчастен в этом браке? — осторожно уточнила я, не совсем понимая, почему сестра Агнета продолжала смотреть на меня с грустью и затаенной болью. — Вы же слышали все, что сказал лорд Беркли. Брак будет... формальностью. Он будет волен вести такую жизнь, как привык.

— Не будет, — она покачала головой. — Ричард не будет вести такую жизнь, как привык. Видите ли, Эвелин, я ведь помню его еще совсем мальчиком. Он вырос в кадетском корпусе на моих глазах, и потом наше общение никогда не прерывалось надолго... И даже сейчас, он позвал меня, когда понадобилась помощь, и я сразу же приехала, потому что всегда питала к нему особую слабость.

Наверное, в какой-то степени можно было сказать, что сестра Агнета не заменила Беркли мать, но стала ему второй матерью.

— Почему вы говорите, что он не будет вести прежнюю жизнь? Я... я прекрасно понимаю, почему и для чего заключен наш брак, и я не собираюсь как-то ограничивать лорда Беркли, или ставить условия...

— Он просто не сочтет для себя возможным, — она пожала плечами, словно мы говорили об очевидных вещах. — Он так вырос... когда не на кого было полагаться, оставалось полагаться только на свое слово и на свою честь — сперва кадета, после офицера,теперь — дворянина. Если вы поженитесь, он никогда не сделает того, что могло бы бросить тень уже на вашу честь, как его супруги.

Дрожь прошла у меня по рукам и плечам, и в груди зародилось нехорошее предчувствие. Сестра Агнета говорила о вещах, о которых я, признаться, не задумалась сама... И напрасно.

— Поэтому я боюсь, что Ричард будет несчастлив.

— Со мной? — переспросила я, чувствуя себя глупым деревянным болванчиком.

Она проницательно посмотрела на меня и, помедлив, все же кивнула.

— Но не потому, что вы что-то сделали не так, — замялась сестра Агнета, подбирая слова.

Она явно старалась меня не обидеть.

— Вы ему глубоко небезразличны, но, как благородный человек, однажды дав вам слово, он не станет просить изменить условия, на которых только что была заключена ваша помолвка.