Книга Покров Тьмы, страница 54 – Маргарита Романова

— Значит, он не умрет? — пискнула младшая девочка.

— Добрая госпожа не позволит этого. — ответила старшая.

— Госпожа Мариэль, прошу, мои сестры не ели три дня. — прохрипел Свол.

Мариэль пришла в ярость. Уголок добра и уюта, который она создавала десятки лет, вкладывая в него любовь и нежность, превратился в обитель подлости и грязной ненависти. Она и подумать не могла, что в ее приюте когда-нибудь детей будут морить голодом и оставлять на произвол судьбы с переломами.

— Максин, прошу, отведи этих девочек на кухню. Пусть едят, что захотят. И принеси еды для парня, пожалуйста.

Чародейка вздохнула, но послушалась. Ее радовало то, что став принцессой, Мариэль не опустилась до того, что бы в своих приказах забывать употреблять "пожалуйста".

А Мариэль тем временем занялась Сволом. Пришлось повозиться, что бы снять опухоль. Если бы ей дали тогда подойти к нему, на лечение ушло бы куда меньше времени и сил. Конечно, Мариэль использовала не свои силы, а энергию парня. Она просто направила их в правильном направлении и ускорила естественное выздоровление. Понятное дело, выздоровев, Свол выглядел еще более сонным.

— Вы убьете моего отца? — спросил он, борясь с зевотой.

Мариэль затруднялась с ответом. До сих пор она не думала об этом. Сердце ее наполнилось яростью и жаждой мести. Руки тряслись от желания прямо сейчас пойти и задушить Снора.

— Мы с бабушкой не сможем содержать моих младших сестер и брата. — продолжал парень.

— Брата? Младшего?

— Снебьерну всего год. Мать умерла, рожая его. А бабушка слишком слаба.

— Поспи. — Посоветовала Мариэль, не в силах больше смотреть на измученного, зевающего парня. — Суд над твоим отцом состоится вечером.

До наступления вечера, собственно, оставалось всего пара часов. А пока Мариэль вышла во двор. В центре в землю был вбит столб, а к нему привязан Снор. Никогда в ее городке не было ни позорных столбов, ни виселицы, ни плахи. Наблюдать за тем, как ее приют поглощает злоба мира, было невозможно. Как и смотреть на Снора. Он дрожал от холода, губы его посинели, кожа потрескалась. Всякий прохожий не упускал шанса запустить в виновного камень, снег или сосульку.

Через пару минут во дворе не осталось почти никого. Только Мариэль, Снор и мальчик, с сомнением поглядывавший то на камень в своей руке, но на преступника. Это был Уилльям. Он не видел, наблюдающую за ним, Мариэль. В конце концов, он бросил камень на землю. Подошел к связанному грузному мужчине, что-то сказал, и ударил его по лицу с не детской силой. Да так, что из носа Снора пошла кровь.

Уилл ушел, а Мариэль медленно приблизилась к позорному столбу. Она шла по гравию, присыпанному снегом, совершенно не слышно. Снор заметил ее лишь, когда она подошла вплотную. Она ждала увидеть в его лице страх. Но увидела только искреннее разочарование в себе самом и жалость к самому себе. Заглянув в его мысли, стало ясно, что до сего момента Снор свято верил, что девушка, которую он избил — была простушкой. Что он поднял руку не на Мариэль.

— Ты правда думал, что на моем месте была простая селянка? — спросила она с презрением. Мужчина быстро и часто закивал. Можно было подумать, что он просто сильнее задрожал. Но Мариэль знала, что это не так. — От того твое преступление еще серьезнее! Думаешь, я не наказала бы тебя, подними ты руку на, не имеющую титула, беременную женщину? И на женщину вообще!