Книга Тени столь жестокие, страница 21 – Лив Зандер

Наши головы повернулись к двери — туда, где Аскер протиснулся через узкую щель, его лицо сочетало бледную усталость и внимательное возбуждение.

— Простите за задер…

— Закрой дверь, — сказали мы с Себианом в унисон. Мой взгляд встретился с его, и он добавил: — Она начинает дрожать от малейшего сквозняка.

Именно так.

Мой взгляд опустился ниже — на аноа Галантии, чья тень легла на мою грудь. Она снова заснула в его руках. Ну разве ей не уютно рядом с ним? Себиан… такой заботливый, нежный, мягкий — всё то, каким я не был и не мог быть, потому что во мне всегда была только тьма, одна лишь грёбаная тьма, от которой хотелось его задушить…

Держи их под контролем!

Я вдохнул. Я выдохнул.

О том, что Галантия испытывает симпатию к Себиану, я знал. Более того, я умело этим пользовался, не так ли? Ещё один смешок вырвался из меня, отчего Себиан и Аскер переглянулись, приподняв брови, будто моя последняя ниточка рассудка вот-вот лопнет.

Возможно, так и есть.

А сердце Себиана, хм?

Ожидал ли я, что он разозлится из-за того, как я ударил его в спину? Да. Но не до такой степени, чтобы наша дружба рухнула под градом синяков, порезов и крови. А что, если она для него была больше, чем мимолётная одержимость, как я думал сначала? Больше, чем временное утешение в муках его прошлых ошибок? Что если он был… влюблён?

В. Мою. Пару.

Я сжал кулак на подлокотнике кресла, ощущая, как щепки врезаются в кожу. По-своему я любил Себиана как брата, и, конечно, хотел, чтобы он примирился с прошлым и обрёл счастье. Но если счастье он находил с женщиной, предназначенной мне… Я не знал, что с этим делать.

Поддерживать это — неправильно.

Бороться с этим — тоже неправильно. Ведь разве это не лучший исход для женщины, которую я обязан хранить и защищать… даже если защищать её придётся от меня самого.

— Целитель дал Марле отвар, и она наконец уснула, — сказал Аскер, закрыв дверь. — Через несколько дней кашель должен пройти.

Я коротко кивнул.

— Тайдстоун?

— Все разведчики сообщают одно и то же: они знают о нашей предстоящей атаке и готовятся к осаде.

— Галантия должна была предупредить их. Почему — не скажу. Не то чтобы я дал ей много причин не предать мои планы… Но это мелочь. Наше наступление слишком продвинулось, чтобы Брисден устоял. С возвращением Марлы на твою сторону, Тайдстоун будет наш.

Себиан фыркнул и перевёл зелёный взгляд на Аскера.

— Не раньше, чем я вытащу Галантию оттуда. Теперь, когда мы точно знаем, что она в Тайдстоуне, я полечу этой ночью.

Мой аноа зашевелился внутри, раздражённый тем, как он влезает в мои планы.

— Твоя стая не выдержит тех ветров. Скорее твои вороны поставят её под удар, едва первый порыв унесёт их прямо под прицел лучников Тайдстоуна.

— Под удар? — он ударил кулаком в грудь. — Это я держал её в безопасности. — И ткнул пальцем в меня. — Это ты загнал её в Тайдстоун. И если ты появишься там? Она тем сильнее откажется уходить, только назло. А что будет потом? Во время осады, а?

— Если уж дойдет до этого, то она пересидит осаду в каком-нибудь безопасном месте. Если ей удалось выдержать… — я запнулся, — со мной её время здесь, то она уж точно переживёт переполох в темницах или хотя бы внизу, у бухты.

— Иными словами, ты прекрасно знаешь, как и я, что она с тобой не уйдёт, — сказал Себиан с таким преувеличенным смешком, что мне захотелось задушить его своими тенями.