Книга Присяга фортуны, страница 26 – К. Дж. Саттон

«Мы идем, Деймон», – думала я, следуя за ним.

Лунный свет пробивался сквозь листву над головой, озаряя полянку, где мы приносили клятвы. Мой взгляд упал на дерево, у которого мы целовались, и я резко отшатнулась. Не замечая моего смущения, Коллиф замедлил шаг и пошел рядом. Он молчал. Мне казалось странным, что он опасается ночи. Я, напротив, считала ее более безопасным временем. За исключением эпизода с работорговцами, темнота всегда была моим убежищем. Раем. Временем, когда все проклятые создания могут выбраться из своих убежищ и заявить о себе. Я чувствовала бурление своей силы. Она тянулась и поскрипывала, как давно не работавший сустав.

– Как ты узнал о Деймоне? – внезапно спросила я, перешагивая через упавшее дерево. Я собиралась найти в рюкзаке фонарик, но свет бы привлек к нам внимание. – Как ты узнал, кто он и что он мой брат?

Коллиф вглядывался в обступающие нас тени и ответил рассеянно:

– Я заметил его еще раньше. Мары уникальны, даже если они не слишком сильны. Столкнувшись с тобой на рынке, я заметил внешнее сходство и понял, что вы, без сомнения, родственники. Возможно, даже близнецы.

– Нет. Я немного старше. Где ты видел Деймона? – Я нахмурилась. – Стой. Какой ты меня видишь?

Коллиф сосредоточился на мне. Несмотря на темноту, его внимание было почти осязаемым.

– Темные волосы. Скорее, рыжие, полагаю, чем каштановые, при определенном освещении. Карие глаза, светлая кожа. Небольшая горбинка на носу. Может быть, ломала его в детстве? Слышал, что Мары выглядят для каждого по-разному, но, видимо, это очередной миф – как вампиры и солнечный свет или вервольфы и луна. Я прав?

Я была слишком удивлена, чтобы ответить. Это невозможно.

Коллиф видел мое истинное лицо.

– Теперь моя очередь, – услышала я его голос. – Расскажи мне историю своего имени.

Я уставилась на Коллифа. Меня трясло. Надо будет позже подумать о его способности видеть мое настоящее лицо.

– Имени? Зачем?

Он пожал плечами.

– Мы сочетались браком. Хотелось бы узнать больше о той, с кем проведу жизнь.

От его слов в груди всколыхнулась паника – я пыталась не задумываться, насколько длинна жизнь и какое важное решение мы только что приняли. Даже если решу оставить его, он всегда будет рядом. Останется в моей голове, в моих венах. Нет, не думать об этом.

– Мама была профессором, изучала древние религии. В Риме Фортуна считалась богиней случая, удачи и судьбы. Родители считали, что нам будет достаточно тяжело в жизни, учитывая нашу сущность, так что мне пригодится любая поддержка. К тому же им казалось, что это красивое имя.

– Так и есть.

Решив, что Коллиф смеется надо мной, я повернулась и взглянула на него. Но увидела в его глазах лишь искренность. Я отвела взгляд и кашлянула. Мы поднимались по склону, приходилось ступать осторожнее. Поскользнусь – и полечу вниз.

– А имя Деймона она взяла из легенды, – продолжила я. Мне не нравилось рассказывать о прошлом, да и вообще говорить, но сейчас хотелось заполнить тишину. Казалось, Коллиф пользуется моментом, чтобы погрузиться в мои мысли. Фейри это умеют? – Деймон был известен своей преданностью друзьям. Родители учили нас беречь друг друга. Всегда. И ему подходит это имя. Он один из лучших людей, что я знаю.

Коллиф промолчал, а я стала думать о Деймоне, вспоминая ту ужасную картину в зеркале. Желудок скрутило чувством вины, словно я отравилась. Все это время его где-то пытали.