Книга Эпоха королей, страница 218 – Нира Страусс

Мы втроём, нашей женской компанией, прошли к задней части таверны, где рядом с колодцем находился маленький источник. Выпили пару глотков, зачерпывая воду руками, и мне показалось, что это была самая сладкая и чистая вода, которую я когда-либо пробовала.

— Это священный колодец, — сказала мне Гвен. — Его воды текут прямо от источника Муирдриса.

Я заметила, как многие собирают в крошечные флакончики росу, скопившуюся на краях крыш, тенистых камнях или подоконниках. Уже собиралась попросить у кого-нибудь лишний флакон, как вдруг Мэддокс подошёл ко мне.

— Я подумал, что тебе тоже захочется взять, — сказал он, вложив в мою руку склянку размером с мой большой палец. Внутри было всего четыре-пять капель сверкающей, неожиданно густой жидкости.

Мы с Мэддоксом посмотрели друг другу в глаза. Воспоминания были так свежи, что внутри меня всё сжалось от волнения.

— Спасибо, — прошептала я.

Он прочистил горло и неопределённо кивнул. За его спиной Гвен притворилась, что теряет сознание. Так как Сейдж не подхватила её, ей пришлось упасть на землю.

Наконец, с наступлением утра, мы собрались на свадьбу Хигеля и красивой девушки-феи с длинными светлыми волосами, из которых кокетливо торчали два лисьих ушка. Её волосы были украшены цветами, а на ней самой было прекрасное платье лимонного цвета. Оба стояли босиком и улыбались друг другу.

Один из самых интригующих моментов свадьбы произошёл, когда Тантэ и старая Мэй встретились вновь после двадцати лет разлуки. Хотя они стояли по разные стороны от толпы и сына, между ними чувствовались искры. Кроме того, старая Мэй вовсе не выглядела старой. Она была феей, почти такой же высокой, как Тантэ, с пышными формами и белой кожей. Её волосы были такими же рыжими, как у сына. Также я заметила, что борода, изображённая на вывеске таверны, на самом деле была красивой заплетённой козлиной бородкой, которая ей действительно шла. За её спиной нервно вилял хвост всё того же рыжего цвета. У стоявшего же с другой стороны Тантэ рыбий хвост так сильно бился о землю, что все вокруг были вынуждены отступить. Хигель грозным взглядом дал понять, что если они не успокоятся, им не поздоровится.

Церемонию вела сама Секвана, которая вынуждена была сидеть на табурете на протяжении всего действа. Если Цето утверждала, что она была молода до войны, и они обе были подругами, значит ли это, что Секвана тоже жила в те времена?

Мерроу говорила о доброй воле, с которой пришли сюда сегодня двое влюблённых, чтобы связать судьбы вместе, о том, насколько этот день благоприятен для получения благословения богини жизни и почитания окружающей нас энергии. Она сказала Хигелю переплести свои руки с руками его избранницы, а затем связала их тремя лентами разных цветов: жёлтым, красным и чёрным. После того как они дали обещания уважать, поддерживать и страстно любить друг друга («Очень страстно!» — громко добавила Цето), они поцеловались, и все жители На-Сиог разразились бурными аплодисментами.

Всё ещё со связанными руками, новобрачные прошлись по кругу, чтобы все могли посыпать их головы рисом. Считалось, что это отгоняет дурные предзнаменования и приманивает процветание и плодородие. Когда они подошли к нам, я постаралась встать ближе к Мэддоксу, поскольку всё ещё чувствовала себя немного чужой и не знала, что красивого им сказать.