Книга Эпоха королей, страница 221 – Нира Страусс

Всё закончилось так же быстро, как и началось. С последним прикосновением губ Мэддокс позволил мне прийти в себя и отпустил. Его грудь тяжело вздымалась, на скулах появился лёгкий румянец. Я чувствовала жар, поднимающийся от рубашки к лицу.

— Прошу, не исчезай без причины, — произнёс он. В его голосе не было просьбы, это было что-то более грубое. Более острое. — По крайней мере, позволь увидеть тебя перед отъездом. Позволь…

«Позволь попрощаться», наверное, хотел он сказать.

«Прощания важны. Они дают понять другим, что ты думаешь о них перед отъездом, и будешь продолжать думать, даже когда будешь далеко».

Эта мысль приводила меня в ужас, но глядя в его глаза, я не смогла отказать.

— Хорошо.

Я провела свои последние дни в замке Сутарлан, читая всё, что могла, из библиотеки, наполняясь всеми запретными знаниями, которые там хранились и которые потом уже для меня станут недоступными. Веледа помогла мне создать небольшой дневник друидов, в котором я записала всё, чего не знала, или что думала, что знала, но делала неправильно до этого момента.

Если бы у этой девушки была магия, уверена, друид из неё вышел бы лучше, чем из Сейдж. И нет, я никогда не скажу этого воинственной фее.

— Один из членов Братства принёс несколько дней назад небольшой мешочек с кофейными зёрнами с юга. Попробуем? — предложила Веледа.

— Если мне удастся уговорить Хопа разрешить мне остаться на кухне больше пяти минут…

Мы вышли, обсуждая, как лучше всего растопить обиженное сердце брауни. Подходя к лестнице, мы едва не сбили того, кто поднимался по ней. Веледа, находясь слева от меня, резко остановилась, врезавшись плечом ему в грудь. Мне хватило быстрого взгляда на длинные пепельные пряди, и мои брови тут же взлетели вверх. Внезапно почувствовав себя заложницей на переговорах, я немного развела руки в стороны и сделала шаг назад.

Я осторожно оценила представшую сцену. Удивительно, но Веледа не отступила назад, как я. Она подняла свои прекрасные глаза и встретилась с взглядом Оберона.

Повисло молчание. Оберон казался… Богини, он выглядел как олень, застигнутый охотником в лесу. Одна его рука была поднята, словно он собирался поймать Веледу после столкновения, но передумал; другая держала книгу.

И как только я решила открыть рот, чтобы прервать этот странный момент, Веледа меня опередила:

— Тебе что, нужны очки?

В её тоне не было ни капли язвительности или насмешки, только любопытство.

Оберон моргнул и слегка прищурился, словно только в этот момент заметил, что у него на переносице очки с овальной оправой.

— Нет, — пробормотал он, торопливо снимая их.

Это какой-то театр абсурда. Во-первых, потому что Оберон замялся — впервые на моей памяти высокомерный фей выглядел настолько неуверенным в себе. Во-вторых, потому что очевидно, что очки ему нужны.

Веледа кивнула.

— Понятно, — пожала она плечами и указала на очки, которые Оберон сжимал в кулаке. — Они тебе к лицу. Что читаешь?

Пока фей, напоминающий ребёнка, которого только что отчитал учитель, открывал и закрывал рот, ничего не говоря, я подумала, не стоит ли мне убежать и предупредить кого-нибудь о том, что происходит. Что бы это ни было.

В последний раз, когда эти двое стояли так близко друг к другу, Веледа ударила его коленом в пах.

Она тяжело вздохнула.